Чего боялся тогда бюрократ? Увеличения колебаний прицельного пенька?.. Того, что стрелок, следя в окуляр за мишенью, не увидит края окна, в котором «бежит зверь»?
Нервной системы Иогана Никитина хватило, чтобы дожить до праздника на своей улице…
1968 год. Киев. ВСФ официально разрешила использовать оптику и винтовку до пяти килограммов. Впервые в истории советского стрелкового спорта спортсмены ДОСААФ Валерий Постоянов, Иоган Никитин, Владимир Полосин, Анатолий Куцонец и Геннадий Сотсков выиграли все упражнения по «кабану» и «оленю», причем с двумя рекордами страны. Все они стреляли с оптикой…
Я читал статью Иогана, опубликованную в журнале «Военные знания» (№ 4 за 1969 год). Тронула меня в ней одна характерная фраза, подсвечивающая истинный характер ее автора… Иоган еще в 1965 году считал, что если бы ВСФ скорее решилась на практическое внедрение оптических прицелов внутри страны, это бы в ближайшем будущем «не оставило бы зарубежным стрелкам даже надежды на медали…».
Чувствуете?
…Совершенствуется человек, и совершенствуется стрельба.
Кто его знает, может быть, наступит время — и перед стрелком засвистит на бреющем «летящий стриж»? Не устроит больше «кабан», как не устроили когда-то ненасытный азарт мало пожившие «бегущая косуля» и «сидящая лисица»?..
На моих глазах во Львове ребята спокойно делали максимумы — 600 очков из 600 возможных! Представляете, один за другим 60 выстрелов — и все! — в «десятку»…
Уже и сегодня, как это ни странно, но маловато оказывается для достижений предельных результатов только одного мастерства спортсмена. Требуется и высокое мастерство изготовления оружия…
Бездонны проблемы мира стрельбы… Чего уж там прятать глаза: кое-что и получше нас делают западноевропейские фирмачи — Аншутц, Вальтер… Или произнесите в стрелковой среде слово «тенекс», оно означает марку английских малокалиберных патронов, будете сами свидетелями восторженного и завидующего блеска в глазах наших ребят…
Что говорить, классное оружие и оптику к нему делают западные немцы… Классные патроны штампуют англичане, финны, американцы…
Мы в этом вопросе пока на грудь сзади… Хотя стреляем из их оружия и их патронами — будь здоров!..
Но давайте кончать погружение в заманчивые сферы острых стрелковых проблем: ведь просто сказать, что у нас мало еще добротно оборудованных тиров и заметно уменьшился приток в стрельбу молодежи, — еще ничего не сказать… Факт, конечно, что стрелковыми балаганчиками-тирками, на которых кричит лозунг: «Учитесь метко стрелять», — положение не выправишь…
Под прицелом моих размышлений «бегущий кабан» — островок в океане стрельбы… А сам по себе Роман со стрельбой многопланов, высокоэтажен, густо-густо заселен характерами…
Когда-нибудь, может быть, я напишу его…
Скажет свое веское слово Повторяемость, и я снова вернусь к миру выстрела.
Выстрел прекрасен, если после него не умирает живое, а чище и наплывней стучит сердце…
Выстрел — это огонь. Всякий раз неповторимый…
Выстрел — это гонка со временем. Кто кого?.. Психологические эксперименты доказывают: умеющий разумно спешить ведет себя в этой гонке лучше.
Выстрел — это вечный выбор. А что, как не выбор, делает нас людьми?..
Я не буду дописывать до конца стрельбу Иогана в этой последней серии 72-го года… Не хочу.
Я обрываю ее на пятом выстреле. Пусть стрельба Иогана будет бесконечной, потому как мне трудно представить миг, когда он в последний раз спустит курок…
Пусть Иоган и Яков еще долго идут в одной связке, которую не смогло разорвать напряжение олимпийского года…
А к весне семьдесят второго пирамида элиты «кабанятников» в основном была завершена. Через мельчайшее сито тренерского отбора прошло около пяти десятков лучших мастеров «кабаньей охоты». Все они легли в основание и тело пирамиды. Верхушку же ее украсили шестеро: Валерий Постоянов (Петрозаводск), Иоган Никитин (Воронеж), Яков Железняк (Одесса), Владимир Полосин (Душанбе), Валерий Старателев (Подмосковье) и Анатолий Фарафонов (Волгоград).
На этих теперь смотрели в оба, им уделялось «божественное» внимание, от этих теперь требовались максимумы…
Говорят, что тяжела шапка Мономаха. Не знаю. Не носил. А вот тяжесть олимпийского шерстяного тренировочного костюма, где по груди нашиты мягкие белые буквы — «СССР», как бы ощутил сам. Тренировки, соревнования, контрольные работы по стрельбе, томительное ожидание: попаду или не попаду в Мюнхен… фу-у…
Каждый из шести олимпийских абитуриентов знал: конкурс сверхтрудный. На одну путевку в Мюнхен три претендента. Только двоих «кабанятников» примет самолет, что 18 августа поднимется с полосы Шереметьевского аэродрома и возьмет курс на Западную Германию. Только двоих… Еще один, запасной, останется в стране…