Доволен за выбор олимпийцев… Яков силен во всем, Постоянов, в роли догоняющего, легче пройдет барьеры.
Брали в Минск с Женькой спиннинг. Он пытался ловить. Был свидетелем, как Романенко поймал жереха на 3,250. Загорелся тоже поймать, бегал на пруд утром и вечером. Не повезло.
Сейчас мой отдых выльется в заботы о гараже, который не строится, о техническом обслуживании машины.
Если будет возможность, заезжай к нам в Воронеж. Заканчиваю. Дела торопят. До свидания.
Прочитав это письмо, я откровенно расстроился… Все. Больше Иоган никогда не сможет побороться за олимпийское «золото»… Ни-ког-да… За скупой сдержанностью его строк для меня прочиталась глубокая драма человека… Понятна ли она кому-нибудь еще — не знаю…
А вот за Якова — порадовался. Этот доказал свое. Еще после мытищинского сражения я говорил ему:
— Яша, ты будешь олимпийским чемпионом. Будешь… Хочешь — поспорим?
Он медленно поднял на меня свои ироничные глаза, в которых вдруг заметно отслоился влажноватый блеск, кашлянул, охваченный этим искренним теплом соучастия, — и ничего не сказал…
Якову не так-то просто дался счастливый билет в Мюнхен. Сейчас, после того как вы прочтете еще одно письмо Иогана, я расскажу вам, в чем удивительно повторилась, совпав, судьба Железняка и судьба Никитина. Вернее, они сами расскажут…
…На время совсем позабыл стрельбу. Было много хлопот по гаражу. То не согласовывают, то не строят. Вспомнил о ней, когда позвонила из аэропорта Рита Перциок. Она привезла к нам на первенство РСФСР юношей и девушек из Иркутска.
Направили их в гостиницу, разместили. Команда их заняла 3-е место. Под конец мы сделали встречу этих ребят-стрелков со мной и прошлым иркутской стрельбы. Я раскопал фотографии той поры (эти ребята ведь еще и не родились в то время), смотрели с интересом… А мне было грустно.
Ты попросил меня вспомнить занятые мной места на крупнейших соревнованиях. Вот… Это же целая жизнь, Юра…
Первенства мира классические:
Москва, 1958 — 1 место
Каир, 1962 — 2
Висбаден, 1966 — 2
Финикс (США), 1970-3
Первенства мира только по движущимся целям:
Пистойя, 1967 — 5. Это в Италии.
Сандвикен (Швеция), 1969 — 8
Первенства Европы:
Милан, 1959 — 4
Сандвикен, 1962 — 1
Каир, 1965 — 2
Зуль (ГДР), 1971 — 5
Международные соревнования за границей (товарищеские и пр.):
Румыния, 1958 — 1
Финляндия, 1964 — 1
ФРГ, 1965 — 2
Китай, 1965 — 1
ФРГ, 1972 — 9
А на ленте моей чемпионской — 98 медалей. Но не все ну ней висят, так как я эту ленту «закрыл». Остальные внасыпь в коробках…
Езжу сейчас везде на автомобиле. Надоели плохие дороги и бесконечные перекрестки. Мечтаю выбраться на хорошее шоссе. Прицеливаюсь на реку Хопер, за Борисоглебском.
Ты спрашиваешь, где Яков сейчас? Сегодня, т. е. 15 июля, он с Постояновым в Сухуми.
Числа с 26 июля соберутся в Эльве, Эстонской ССР.
Потихонечку освобождаюсь от олимпийской напряженности, иногда стреляю у нас на стрельбище. С удовольствием! Ну, заканчиваю. До свиданья.
В день закрытия международных соревнований в Мытищах я по душам поговорил со старшим тренером сборной Евгением Ивановичем Поликаниным.
Мы укрылись в уютно-пустынном холле пансионата и просумерничали почти до рассвета.
О многом узнал я от этого спокойного, деловито-откровенного и, чего уж там, нравящегося мне человека. Но в конце концов от глобальных проблем УИТа (Всемирная стрелковая федерация), в которой тоже не все гладко и чрезвычайно сложны отношения между руководителями, мы так или иначе вернулись к стрелкам-«кабанятникам».
Вполне естественно, уже тогда, в мае, мне хотелось выяснить шансы Никитина и Железняка на поездку в олимпийский Мюнхен. Ведь я очень «болел» за них.
К этому дню шестерка кандидатов распалась для меня, в оценочном смысле, на две тройки. Первая: Железняк, Постоянов, Никитин — реально претендовала на заветные путевки. Вторая: Полосин, Старателев, Фарафонов — вряд ли могла как-то существенно помешать лидерам.
Не спеша, в деталях, мы «развинтили» каждого из олимпийских абитуриентов по косточкам. И я был доволен, что результаты собственных наблюдений не сильно разошлись с мнением Поликанина.