И еще один чрезвычайно важный момент. Вы все, конечно, помните, как еще в самом начале экономической реформы предпринималась попытка связать напрямую размеры поощрительных фондов с ростом производственных показателей работы предприятия… Ну вот… Идея эта в своей основе была вполне даже разумной. Еще бы!.. Размеры поощрительных отчислений ставились в непосредственную зависимость от увеличения объемов реализации продукции и повышения рентабельности, а это, в свою очередь, немедленно заинтересовывало предприятие в увеличении плана и максимальном использовании своих ресурсов. Что может быть прекрасней? Живи — не хочу!.. Но… И фонды экономического стимулирования стабилизировались в своих размерах, превратившись сегодня в обыкновенную добавку к фонду заработной платы, мало чем связанную с повышением эффективности работы предприятия. К чему это привело — вы тоже знаете не хуже меня: у предприятия подзатух стимул к разработке и выполнению напряженных планов. Так что многие из сидящих здесь руководителей, я не боюсь сказать это, сейчас вот так вот! — Кряквин полоснул себя пальцем по горлу, — заинтересованы прежде всего в получении как можно более низких заданий, заранее гарантирующих им премиальные, и все… А как же? Так-то оно поспокойнее и вернее. Ведь главный-то критерий пока оценки деятельности предприятия на всех уровнях при подведении итогов социалистического соревнования один… Не рост объемов производства, не улучшение качества продукции и так далее, а факт, слышите? — факт! — выполнения установленных показателей плана на сто процентов. Победителями в большинстве случаев считаются те, кто выполнил план по реализации продукции и производительности труда в денежном выражении. Показатели эффективности использования рабочей силы и материальных ресурсов становятся известными значительно позже и лишь узкому кругу лиц. Поэтому за их невыполнение в худшем случае «пожурят в рабочем порядке»… Зато — дал сто процентов — садись в президиум. Не дотянул одного процента — сами знаете… Лишат, как миленьких, если не всей, то большей части фондов материального поощрения. Вот так вот!.. А если посчитать — какой вариант выгоднее нашему обществу: чтобы предприятие приняло напряженный план, предусматривающий увеличение выпуска… ну, скажем… вот таких стаканов на десять штук больше, и выполнило бы его на девяносто девять процентов, то есть на один стакан меньше, или бы оно же взяло на себя облегченные обязательства с ростом всего на пять процентов — стаканов, и выполнило бы их на сто один процент?.. Тут, я думаю, все понятно и лишних слов не требуется.
Поэтому скажу сразу — сегодня как никогда назрела необходимость некоторого изменения оценочного критерия деятельности предприятия. Это факт! И в этом я убежден на сто процентов!.. Чем же его заменить? — спросите вы меня… Отвечу. Думаю над этим. Думаю… — Кряквин на мгновение смолк, вспомнив о зале, и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы ощутить на себе пристально-гипнотизирующую его тишину… Он кашлянул. — Я считаю, что научная достоверность эффективности работы хозяйственных звеньев обеспечивается на основе комплексного применения стоимостных, трудовых и натуральных показателей, которые являются важнейшими рычагами использования объективных экономических законов и, в первую очередь, основного экономического закона социализма. Что же касается поощрительных фондов, то их, по-моему, стоит формировать самым простейшим способом — в виде отчисления твердого процента от массы чистой прибыли, которая остается у предприятия после всех расчетов с государством. Причем процент этот должен быть достаточно велик, чтобы стало возможно оплачивать из него не только текущие премии за выполнение плана, но и все другие виды материальных поощрений. Короче, надо, чтобы предприятие было в состоянии обеспечить свое саморазвитие в нормальных размерах. Я не против того, чтобы небольшая часть этих фондов централизовалась в рамках министерства. Ну а теперь, в связи со всем этим теоретическим, конкретно о комбинате «Полярный»… В моем запасе еще имеется несколько минут… — Кряквин взглянул на часы, выдернул из кармана платок и с силой вытер им блестко вспотевший лоб.