В небе быстро рассеивались облака. Было слышно, как внизу по реке громко плавал и нырял Егор.
Показалась луна. Вода вспыхнула.
Александра перевернулась со спины на живот и поплыла к берегу. Она быстро надела платье, взяла в руки тапочки и ушла на гумно.
Александра закинула удочку. Клюнул пескарь. Александра сняла пескаря с крючка и швырнула в котелок. Она забросила еще — попал окунишка.
В третий раз — клюнула сорога. Александра видела, как сорога, поблескивая, подошла к червяку, поводила красными перьями и взяла. И тут справа мелькнула длинная черная тень. На мгновение Александра даже растерялась. Щука намертво захватила сорогу поперек спины.
Александра рванула, и щука вместе с сорогой вылетела на траву. Щука мгновенно отпустила сорогу, ударилась о землю спиной, прыгнула и снова ударилась о землю, уже боком. Александра схватила щуку руками. Щука выскользнула и снова ударилась о землю. Щука уходила к воде. Александра бросилась на щуку животом, но та вывернулась и, полоснув холодком Александру под самую грудь, ушла в реку.
Александра плюнула. Она вскочила, швырнула в речку удочку и ушла.
Огородом Александра шла через лебеду в баню. Она шла босиком и несла черную длинную кринку простокваши.
Предбанник был некрытый, Александра сложила одежду на лавку. Сверху на плечо упало и ласково скатилось по спине крылатое кленовое семечко.
Александра вошла в баню, начерпала медным ковшиком воды и опрокинула в таз простоквашу. Она стала мыть голову.
Возвращалась Александра из бани уже в темноте. Возле своей избы сидел на поленнице Егор и медленно играл на гармошке.
Мать доила корову. Александра долго ела огурцы с медом и пила чай.
Спать она ушла на поветь, в сено. Она ушла, накинув на плечи черную овечью шубу. Волосы были мягкие, легкие. Запах простокваши уже выветрился немного, и теперь от волос как бы пахло снегом.
Где-то далеко погромыхивал гром. Александра засыпала и все слушала, как играет под окном на гармошке Егор.
Александра сидела на возу. Она везла на конюшню сено. Возле конюшни под трактором лежал на спине Егор и что-то подвинчивал и посвечивал себе зажатой в зубах спичкой.
Вдоль увала над деревней низко шли облака. Облака были цвета прогретой жарким ветром пашни. Высоко над облаками стояла луна в белесом рассеянном свете зари.
Сверху казалось, что луна стоит как раз над головой, а облака идут внизу под возом, чуть выше деревни.
— Егор! — окликнула Александра.
— Чего?
— Гляди, луна тает.
— Где?
Он выглянул из-под трактора и долго смотрел на луну.
Конь встал возле конюшни. Он вздрогнул всей спиной и долго ожидал, подрагивая, когда Александра спрыгнет с воза.
За деревней по угору ставят высокие, жирно просмоленные столбы. Через леса прорублена сквозная просека. Под столбом за дорогой громадная деревянная катушка провода. В тени катушки сидят рабочие и обедают.
Александра подошла, поздоровалась и села. Послушала, о чем рабочие говорят.
— А чего вы хлеб да консервы едите, сухомяткой? — спросила Александра.
— Да в деревню неохота идти, — сказали рабочие.
Александра поднялась и пошла домой. Она принесла яиц и молока.
— Сырые-то яйца едите? — спросила она.
— Едим, — сказали рабочие. — Сколько все стоит?
— Ничего не стоит, — сказала Александра.
Мимо на велосипеде проехал по дороге Егор.
— Егор! — окликнула Александра.
Егор не оглянулся. Он остановился под угором, положил велосипед в траву и сел у дороги. Закурил.
Александра поднялась, попрощалась и пошла к Егору.
— Свет к нам тянут, — сказала Александра, садясь в траву рядом с Егором.
— Знаю, — сказала Егор. — Из Горького, от ГЭС.
— Молока я им принесла да яиц, — сказала Александра, — а то сухомятку мнут.
Егор улыбнулся.
— Поехали, довезу, — сказал он.
Александра села вперед, на раму, а Егор на сиденье, и они поехали вместе.
Егор швырнул в Александру сноп. Александра присела. Сноп, кувыркаясь, пролетел дальше и угодил в спину Митьке-конюху. Митька обернулся. Александра захохотала.
Митька тоже засмеялся и бросился к Александре. Александра побежала от него вокруг суслона. Митька все же поймал ее, схватил за руки и начал валить.
— Не надо, — сказала Александра. — Не надо, Мить.