Т а м о ж е н н и к (своему молчащему коллеге). Кьеркегор?
Т а м о ж е н н и к, с т о я щ и й в д в е р я х. Да. В переводе доктора Биненштока. Издание польского книжного магазина Полонецкого.
Т а м о ж е н н и к (первому пассажиру). Каждый человек обязан выявить свою сущность. Этика гласит, что цель жизни и всего сущего заключается в самовыражении. Если человек не сделает этого, то такой уход в себя обернется для него карой. Эстетик, напротив, не придает никакого значения реальной жизни, оставаясь всегда в укрытии. И как бы он ни проявлял себя в жизни, он никогда не выражает себя до конца! (Поднимает вверх указательный палец.)
Первый пассажир опускает голову, как обвиняемый.
…всегда остается еще что-то, что он хранит только для себя. Если б он проявил себя полностью, он поступал бы этично. Но это стремление уйти в себя всегда мстит, и обычно таким образом, что эстетик сам для себя становится загадкой.
В т о р о й п а с с а ж и р. «Страх и трепет?» А?
Т а м о ж е н н и к. «Или — или»{51}.
Первый пассажир сидит с опущенной головой.
В т о р о й п а с с а ж и р. Ну вот, уже, наверно, Зебжидовице!{52} Что-то говорит мне, что мы уже дома. Да и, судя по вашей беседе, догадываюсь, что мы дома.
Т а м о ж е н н и к. А вы долго были за границей?
В т о р о й п а с с а ж и р. Почти неделю… А что у нас, что нового?
Т а м о ж е н н и к (машет рукой). Дезинтеграция, алиенация, фрустрация… все по-старому.
Таможенники молча козыряют и уходят. Второй пассажир закрывает чемодан. Первый пассажир открывает книгу. Свет гаснет, в темноте слышен шум удаляющегося поезда. Загораются сигнальные огни. Шум мчащегося поезда отдаляется.
КАРТИНА ВТОРАЯ
Обыкновенная комната. Мебель вроде бы не современная, но и не старомодная. На стенах ни то ни се, и тем не менее все свидетельствует об «известном» вкусе. Одним словом, комната в доме, так называемой, «творческой интеллигенции».
О т е ц (через открытую дверь из другой комнаты). Ах, меня словно с креста сняли. (Зевает.)
М а т ь (сыну). Бедный отец, его словно с креста сняли.
Д е д у ш к а (сыну). Что такое?
С ы н (дедушке, громче). Мама говорит, что отца словно с креста сняли.
О т е ц (через открытую дверь, громче). В чем дело? Говорите громче!
Д е д у ш к а (отцу). Дзидек говорит, что тебя словно с креста сняли.
О т е ц. Сняли, сняли. Оставьте меня в покое.
Д е д у ш к а. Что-о? Тихо! Ничего не слышно.
М а т ь (дедушке). Здись просит, чтобы его оставили в покое.
О т е ц. Что там еще случилось?
Д е д у ш к а. Гражинка говорит, что ты просишь, чтоб тебя оставили в покое.
О т е ц. О боже, боже…
С ы н. Папа, ты обещал…
Отец молчит.
Ты уже целую неделю обещаешь, что расскажешь.
М а т ь. Ты слышал, что отца сегодня с креста сняли.
С ы н. Не сняли, мама, а «словно сняли».
О т е ц. Что там еще такое?
Д е д у ш к а. Дзидек говорит, что тебя словно с креста сняли…
С ы н. Дал слово, папа, — держи.
О т е ц. Обещал, обещал. Голова у меня трещит, а этот свое.
С ы н. Папа обещал, а теперь уклоняется.
М а т ь. Если обещал, Здислав, надо…
Появляется о т е ц из-за ширмы, поправляет костюм. Садится.
О т е ц. На чем это я остановился?
Д е д у ш к а. …Что образы, созданные греками, несмотря на волнения страсти, обнаруживают великую и твердую душу{53}.
О т е ц. Отпечаток такой души виден и в лице Лаокоона, и не только в лице, несмотря на самые жестокие муки. Ведь отражающаяся во всех его мышцах и жилах боль, которую ты сам как будто чувствуешь, даже не глядя на лицо и другие части тела Лаокоона, лишь по его мучительно сведенному животу…
Мать встает и, делая знак, чтобы не прерывали, на цыпочках выходит из комнаты.
…эта боль, повторяю, однако же, ни в какой мере не искажает ни его лица, ни всей его позы. Лаокоон не испускает того страшного крика, о котором мы читаем у Вергилия.