До чего же удивителен и непонятен наш мир, наша мать-земля, наша жизнь. На свете вечно что-то происходит, столько тайн, кто их там разгадает. Взять, к примеру, дело Горгоновой{96}, обвинявшейся в убийстве девочки! Люся… Так, кажется, звали это невинное загубленное создание, сколько лет уже прошло, боже мой. Обвиняемую в убийстве осудили на пожизненное заключение. Прошли годы, и вот на смертном одре психопат-садовник сознается в убийстве. Потом берет слова обратно. А как быть с невинно пролитой кровью, кто вернет женщине проведенные в тюрьме по ложному обвинению годы, и как быть, наконец, с убийцей-садистом, все окутано мраком, и как со всем этим примириться тому, кто не верит ни в Страшный суд, ни в райское блаженство. Вечная борьба. Такова жизнь. Человек порой готов превратиться в птичку да так и остаться ею. Гений и тот ни от чего не застрахован. Сколько шуму наделала в свое время работа графа Льва Толстого о Шекспире
{97}. Статью печатали восемь журналов в восьми разных странах одновременно. Для всего цивилизованного мира это была сенсация. В этой статье Толстой предается воспоминаниям. Он приступил когда-то к чтению Шекспира в надежде увидеть недосягаемые вершины, недоступные миры. Ну и что из этого. При первом же чтении пьесы показались ему слабыми, малохудожественными, лишенными логики, внутренней связи, а зачастую — смысла, красоты, чувства меры. Знаменитый шекспировский язык показался Толстому тенденциозным, банальным, игра слов примитивной. Толстой считает, что главное в искусстве — такт, чувство меры. И взяв это положение за исходную точку, выводит следующий силлогизм: художественность — это чувство меры. У Шекспира нет чувства меры — значит, Шекспир — не художник. Как пример для доказательства он берет «Короля Лира». Именно потому, что «Король Лир» считается одной из лучших вещей Шекспира, а может быть, лучшей из лучших. Это метод людей, которые способны взять быка за рога, — людей смелых, сильных, уверенных в своей правоте. Толстой разбирает повесть неизвестного автора, сюжет которой был использован Шекспиром, и приходит к выводу, что повесть несравненно лучше драмы. Разбор «Короля Лира» и в самом деле очень любопытен. Что за осел этот король Лир, если он лишь путем формального следствия пытается узнать, как именно любят его дочери, он, проживший с ними десятки лет. А где вы видели человека, который ссорится с бурей, беседует с ветром? И так далее… Я уже и не помню всей статьи, хотя фамилия автора, писавшего о Толстом, осталась в памяти, так же как и фамилии главных героев спора, может быть, потому, что дядюшка часто говаривал, что когда-то лично знал пана Косякевича