М и н а М и н о в и ч (взрывается). Ну, а помолчать может контроль?!
И в а н В а с и л ь е в и ч. А на меня, вообще-то, можно и не кричать. Я, вообще-то, могу и на пенсию…
Неприятная пауза.
И в а н Д а н и л о в и ч. И последнее… Не сегодня-завтра станут фабрики, заводы, стройки…
М и н а М и н о в и ч. Вы с ума сошли?!
И в а н Д а н и л о в и ч. Сойдешь, при всем моем к вам… Заканчивается сырье и материалы. Планирующие органы не могли предвидеть такого стихийного бедствия, какое дала нам трезвость, — удвоилась производительность труда! Страшно себе признаться, но мы все банкроты.
И в а н В а с и л ь е в и ч. Все, только не контроль!
М и н а М и н о в и ч (утомленно, почти трагично). Оставьте меня одного. (Закрывает лицо руками.)
И в а н Д а н и л о в и ч. Это было бы проще всего…
М и н а М и н о в и ч (в страхе). Что же делать?!
И в а н Н и к о л а е в и ч. Надо откручивать назад…
М и н а М и н о в и ч. Куда назад, если народ не пьет?!
И в а н Н и к о л а е в и ч. Народ одумается…
М и н а М и н о в и ч (кричит). Она же воняет!
И в а н Н и к о л а е в и ч. Ничего страшного. Адаптируется, принюхается, привыкнет. От нуля начнет, от стопочки. А там, глядишь, и пойдет соколо́м. Она и раньше не духами пахла, а как потребляли! Как шла! Вспомнишь — душа… содрогнется!
И в а н а Н и к о л а е в и ч а начинает подташнивать, и он выбегает из кабинета. То же самое происходит и с И в а н о м Д а н и л о в и ч е м. Нехорошо и Ивану Васильевичу, но он пересиливает себя и остается.
И в а н В а с и л ь е в и ч. Вообще-то, перед тем, как попросить персональную, я, как контроль, должен проинформировать кого следует, до какой катастрофы вы довели город. Но лично вас, Мина Минович, я уважаю… Хотя и не скрою, что многие поговаривают: вот, мол, тебе и мина замедленного действия, а как шандарахнула…
М и н а М и н о в и ч (сквозь зубы). Оставьте меня одного!..
И в а н В а с и л ь е в и ч (отводит в сторону Сократа). Не оставляй! Я долго жил, я много видел. (Выходит.)
Входит А н ю т к а.
А н ю т к а. А чай?..
Сократ делает ей знак, чтобы вышла.
М и н а М и н о в и ч (не отнимая рук от лица). Принеси мне, Анютка, сигарет.
А н ю т к а (наивно). Вы же не курите!
М и н а М и н о в и ч. Если бы не воняла, я запил бы…
От воспоминаний о водке Мине Миновичу делается нехорошо, и Сократ подает ему стакан с водой. А н ю т к е тоже нехорошо, и она выбегает из кабинета.
С о к р а т. Старайтесь не вспоминать.
М и н а М и н о в и ч. Замолчи! (Глотнув воды.) Выходит, на психику действует не только внушение, но и самовнушение. Марья Ивановна вычитала, что такое состояние автогеном называется и вроде берет свое начало в системе йогов. (Шутит.) Еще немного, и на голову встанем или босые по углям… (Серьезно.) Сам слышал, куда дело поворачивается…
Входит А н ю т к а с сигаретами.
А н ю т к а. Там Иван Михайлович прибежал, к вам рвется, но я сказала…
М и н а М и н о в и ч. А этот с чем?
А н ю т к а. С симптомом каким-то…
М и н а М и н о в и ч. С каким еще симптомом?
А н ю т к а (растерянно). Я не знаю. Он не показывал.
Входит И в а н М и х а й л о в и ч.
И в а н М и х а й л о в и ч (с порога). Симптом, Мина Минович!
М и н а М и н о в и ч. Выкладывай, а то Анюта еще не видела.
И в а н М и х а й л о в и ч. Шу́тите, а они на улицу повыползали, дворы забили, слоняются, не знают, что делать и чем заняться.
М и н а М и н о в и ч. Кто слоняется?
И в а н М и х а й л о в и ч. Эти, которые не в меру пили и алкаши бывшие. Один с плакатом: «Хочу зрелищ, потому что скучно!». Заметьте, не хлеба, не водки требует, а зрелищ! Заскучал, видите ли! А в парке «синюшники» конференцию начали…