Появляются С а м о с е й к и н, Б р о н е б о й н ы й, Я с н о т к а и Д ы р к и н а. Идут строевым шагом, выстраиваются в шеренгу перед Любочкой. Бронебойный выходит из строя, разворачивает папку.
Б р о н е б о й н ы й. Предала, гадина! (Делает шаг влево.) Это тебе от коллектива. (Закрывает папку, передает ее Любочке.)
Л ю б о ч к а. Ну, так пусть тот, кто взял взятку, сейчас вернется к себе в кабинет и повесится. Если же успели поделить, то повесьтесь все трое в одной петле.
Я с н о т к а (истерично). Я при этом обмене палец о палец не ударила. И это знают все!
Б р о н е б о й н ы й. Можно подумать, что я на обмене мозоли натер!
С а м о с е й к и н. До Фени, до лампочки мне сдался тот обмен!
Появляется П а в л и н а.
Л ю б о ч к а. Тетя Паша, какому обормоту вы дали взятку за обмен квартир? Или вы сейчас же мне скажете, или я сама удавлюсь!
П а в л и н а (испуганно). Свят! Свят! Свят! (Трижды целует Любочку в лоб и трижды сплевывает.) Пусть господь бережет! У нас в деревне и заведенки, и моды такой нет, чтобы за каждую мелочь взяткой мостить. Ну, накроет тебя при случае участковый с самогоном или бригадир вязанку соломы с плеч снимет, где без чего; поставишь рюмку, с собой бутылочку предложишь. Тоже ведь человек на работе — пей-залейся но чтобы в лапу — ни в жизнь!
Появляется Ф е д о р а.
Ф е д о р а (с поддельной радостью). Вот где вы, мои гостейки, вот где вы, мои родные! А я их по кабинетам ищу. Дороженькие мои, а может, к нам, на полчасика на опохмелочку? Оно бы, ей-богу, перед работой не повредило для ясности головы. А заодно и ордер тот на кватерку замочили бы.
С а м о с е й к и н, Я с н о т к а и Б р о н е б о й н ы й один за другим демонстративно уходят.
А чего это к ним не подступиться…
Л ю б о ч к а. С перепою.
Ф е д о р а. И я таки тое…
П а в л и н а. А может, сюда бутылочки две принести, колбаску?
Л ю б о ч к а. Не возьмут.
Ф е д о р а. Ишь ты! Стесняются!
Л ю б о ч к а. А как же!
Ф е д о р а. Культурные? А вчера и пили, и ели… и ни один не поперхнулся.
Л ю б о ч к а, П а в л и н а и Ф е д о р а уходят.
Н е у п о к о е в. Вот тебе и выход, Миленький: ни аккорда в единой гамме, ни репортажа, ни курсовой. А факт — алмаз! Поверь моему нюху!
М и л е н ь к и й. Не можем мы травмировать общественность такими «алмазами». Не для прессы все это, резонанс может быть не тот. (Подает руку Неупокоеву.) Будь здоров и ищи что-нибудь более ходкое.
Н е у п о к о е в (пожимает руку). Вас понял.
М и л е н ь к и й. А инцидент предаем забвению, лады?
Н е у п о к о е в. Я молчу, ты молчишь, он, она, оно молчит. Мы молчим, вы молчите, они молчат. А злыдням, между прочим, это на руку.
М и л е н ь к и й. Не понял?..
Н е у п о к о е в. Маслом, говорю, это на душу злыдням.
На просцениуме появляется И г н а т с раскладушкой и узлом. С т е л л а пытается его остановить, но Игнат решительно идет вперед. З л ы д е н ь вертится тут же.
З л ы д е н ь (Стелле). Пугай, пугай его! Мотай ему нервы!
С т е л л а. Игнат, вернись! Игнат, это я тебе говорю! Игнат, попомнишь мое слово!
И г н а т. Не путайся под ногами.
С т е л л а. Слезами умоешься!
И г н а т. Не морочь мне голову.
С т е л л а. Погляди, куда лезешь?!
И г н а т. Замолчи.
С т е л л а. Жил бы себе с нашей мамой кум королю…
И г н а т. Сдалась мне ваша мама…
С т е л л а. Тебя эта Федорка с Павлинкой вокруг пальца обведут, в лапти обуют, по свету пустят!
И г н а т. Не мели чепуху. И весь мой сказ.
С т е л л а. От двора отобьешься — назад дороги не найдешь. Ты только посмотри на эту Павлину! На ней же шкура горит! Она же вся как на винтах. А из тебя какой житель? Подбили дурака, наярыжили, а он и уши развесил. Эта сватейка на тебе погарцует, показакует! Она тебя еще так заездит, что ног не потянешь! Ты же от нее когда-нибудь вылетишь, как тот общипанный петушок, что раньше за рубль десять был.
И г н а т (бросает на землю узел). Хватит!!!
Появляется Ф е д о р а.
Ф е д о р а. А я слышу: кто-то зовет… А чего же ты, сваток, не сказал мне, мы бы тебе все помогли перенестись.