Входит А н д р е й.
А н д р е й. Прошу извинить, здравствуйте!
И в а н о в. В чем дело, товарищ?
А н д р е й. Иван Васильевич Синицын посоветовал мне принять участие в разрешении конфликта, который возник между могилянцами и…
Ш е г е л е в. А вы, собственно, кто?
А н д р е й. Могильницкий. Назначен начальником строительства Беконгородка.
Больше всех удивляются Ольга и Шегелев.
И в а н о в. Кстати! Очень даже кстати! (Здоровается за руку.) Иванов. Прошу познакомиться — мой заместитель Петров, заведующий отделом культуры Сидоров, секретарь исполкома Кузьмич, архитектор Беконгородка Шегелев и…
А н д р е й. С товарищем Шегелевым и Олей… простите, с Ольгой Ивановной я уже знаком.
П е т р о в (удивленно). Могилянский, что ли?
А н д р е й. Могилянский.
О л ь г а (подождав, пока Андрей сядет за стол, всем). Если возражений не будет, я продолжу…
И в а н о в. Да-да, конечно…
О л ь г а (Шегелеву). Вы на курганы свинарник посадить собираетесь, а городище превратить в карьер…
Ш е г е л е в. Естественно. Строительству нужен гравий. (Андрею.) И я надеюсь, что начальник строительства…
О л ь г а (перебивает). Естественно?! Они же реликвии Киевской Руси десятого — двенадцатого веков. От них название села нашего!
Ш е г е л е в. Ну и что?
П е т р о в. Молиться теперь будем и на курганы, и на могилы, и на Могилицы.
О л ь г а. Будем! Иначе исчезнем из памяти, растворимся в пространстве, забудемся во времени.
И в а н о в. Позвольте…
О л ь г а. Не позволю, пока не скажу все!.. Редкое селение края может сравниться по долголетию с нашими Могилицами. Еще в лето тысяча двести восемьдесят четвертое на месте курганов у подножия замка (цитирует) «великий князь Рынголд наголову разбил войско татаро-монгольское и билися воины его крепко почниша от поранка аж до вечера. И полегли тут многие тысячи людей наших…». И это не сказочное предание старины далекой. Я процитировала слова древнейшей из летописей. В преданиях же говорится, что за день до «битвы кроволитной тяжкое злодеяние учинили чумозлаи над поселянами Могилиц». Перебив мужчин, решили над женщинами и девушками надругаться. А те в церкви нашей затворились. Вместе с церковью они и сожгли их заживо. И нет сегодня ни на Белой, ни на Красной, ни на Великой Руси памятника деревянного зодчества, равного нашей могилянской церкви. Сколько бы раз она за семь веков ни горела, могилянские мастера воссоздавали ее первородный облик, как память ушедшим в небытие.
Ш е г е л е в. Вас послушать, так здесь плюнуть некуда — обязательно на памятник угодишь.
О л ь г а. Вы не далеки от истины. Только на этот раз вам расплеваться не удастся. И свинарнику в зоне памятников не бывать!
И в а н о в. А вы могли бы ваш тон на две октавы ниже?
О л ь г а. Могла бы, но не хочу. Слишком мало памятников осталось. Даже энциклопедия вынуждена придумывать постыдные формулировки. О памятниках, уничтоженных своими руками, пишем — «не сохранился». А надо бы писать: «уничтожен по нерадению, по глупости, по недосмотру, по равнодушию, по злой воле». Так-то честнее было бы, а может, и насторожило бы того, кому следует быть настороже.
Ш е г е л е в. Господи! Да пускай бы она стояла, ваша церковь, еще хоть тысячу лет. Но она мешает!
А н д р е й. Еще хотя бы тысячу лет должны бить ключи Кровавой криницы, жить Святое озеро, стоять Высокое замчище и курганы у его подножия.
Ш е г е л е в (удивленно). Вы хотите сказать…
А н д р е й (перебивает). Я хочу сказать, что все перечисленное следует объявить мемориальной зоной, а Беконгородку искать новое место. Строительства города-спальни при свинарнике я тоже не допущу.
П е т р о в. Вот это да!
К у з ь м и ч. С ума сойти!
И в а н о в (Андрею). Теперь я вижу, что вы тоже из Могилиц.
А н д р е й (смотрит на Ольгу). Не подозревайте нас в предвзятости, и кое-что еще удастся спасти. Я строитель. Я много ездил и многое видел. Строил плотины и заливал огромные территории со всей их культурой и историей, спрямлял улицы, видел, как вздрагивали и оседали соборы, возводил многоэтажные железобетонные дома…
Ш е г е л е в. Вы хотите…
А н д р е й. Сам хочу и вам советую собирать людей села к родным местам, а не распугивать их бульдозером. Сам хочу и вам советую созидать, а не отнимать у них малую Родину, если мы хотим, чтобы большая была в счастье и благополучии. Наконец, хочу и вам советую: верните гуманистический характер современному строительству. Хочу, чтобы урбанизация сохраняла все накопленное историей человечества.