В е р е н и ч. Не видит она…
М и х а с ь. Как — не видит?!
В е р е н и ч. Как сотрясло трактором головочку, закатилось ее солнце ясное.
А л е н а (коснувшись Михася, прильнула к нему и замерла; отстранив от себя Михася). Нет, иди!
М и х а с ь (не понимает). Куда идти?
А л е н а. В тюрьму…
М и х а с ь. Меня отпустили. До суда отпустили.
А л е н а. Иди назад. Ты убил человека. Люди проклянут нас… Иди, Михасёк!
М и х а с ь уходит потрясенный случившимся.
Появляются Н о в и ц к и й, Щ у п е н я, Р а з м ы с л о в и ч, М а н а е в а, Д р о б ы ш.
Н о в и ц к и й. Почему вы решили вывезти суд в Добринево?
Р а з м ы с л о в и ч. Как раз в этом вопросе я был категорически против. Судья Зубрич, можно сказать, абсолютно самочинно…
Щ у п е н я. Видите ли, Георгий Максимович, теперь очень модно стало выискивать проблемы и ставить их, так сказать, «на глобус». Ну и судья Зубрич не захотела, видимо, оставаться в стороне от прогресса — решила приобщиться.
Р а з м ы с л о в и ч. Нутром чую, наломает она дров. Поэтому и вас решили проинформировать.
Д р о б ы ш. Тем не менее, Георгий Максимович, я думаю, нам не целесообразно…
Н о в и ц к и й. Почему же? Если уж приехали, посидим. Тем более, что я первый раз в суде. Надеюсь, и другие тоже?
Щ у п е н я. Неудобно как-то. Половина бюро в суде сидеть будет.
Н о в и ц к и й. Ничего страшного.
Появляются З у б р и ч и Т р у б ч а к.
Не возражаете, если мы тут у вас в качестве зрителей?
З у б р и ч (встревоженно). Возражать не имею права. Но если откровенно, я вроде перепугалась, увидев всех вас здесь. А вообще-то рада. Должна же охватить тревога…
Щ у п е н я. Почему, собственно, тревога?
З у б р и ч. Вы знаете, через нас проходит столько человеческого горя, бед, несчастий, что иной раз хочется закричать на весь свет… от стыда, гнева и, простите, бессилия. Видимо, проблема становится…
Щ у п е н я (хмуро и холодно). Вы считаете, что у нас есть такая проблема?
З у б р и ч (удивленно). А вы…
Щ у п е н я (резко). Нет. Мы не считаем.
Д р о б ы ш. Точнее, нам не должно казаться.
Т р у б ч а к. А мне не кажется. У меня работать некому. Пьем же лошадиной мерой.
Д р о б ы ш. Вы имеете в виду кого-нибудь конкретно?
Щ у п е н я. Не надо выдумывать проблем и делать из них трагедии. Пили, пьют и будут пить. И надо знать, хотя бы нам с вами, в какой степени и против чего бороться!
Д р о б ы ш. У нас пьют в десятки раз меньше, чем в капстранах.
Щ у п е н я. В США десять миллионов алкоголиков.
Д р о б ы ш. Плюс наркоманы.
Т р у б ч а к. Можно подумать, что капитализм является для нас эталоном!
З у б р и ч. Или чужая болезнь вылечит собственную?
Щ у п е н я. У меня в районе нет такой болезни.
Т р у б ч а к. Не берусь судить за весь район, а у меня в колхозе она есть!..
Щ у п е н я (перебивая). Ну так и лечи, если она у тебя есть!
Т р у б ч а к. Думаю, и у других надо лечить. Иначе поздно будет.
З у б р и ч. Примет правительство постановление, обнародует закон, а мы думаем, что нам и делать уже нечего.
Д р о б ы ш. Демагогия!
Щ у п е н я. Поэтому демагоги и решили ударить «агитпробегом по бездорожью»?
Н о в и ц к и й (строго). Федор Фомич!
З у б р и ч. Федор Фомич, то, что вы председатель райисполкома, еще не дает вам права сравнивать выездной суд с акцией Остапа Бендера и Шуры Балаганова!
Щ у п е н я (взрывается). Это вы хотите превратить суд в балаган! Что это даст?! Чего вы достигнете?! Кому это надо?!
З у б р и ч (решительно). Добриневу надо! Мне надо! Вам, Федор Фомич, надо! Теперь я, кажется, понимаю, что вывело вас из привычного состояния благодушия и умиротворенности. Но если бы в нашей стране оставалось только одно такое Добринево, то и тогда нас с вами должна была бы мучить бессонница, пока мы не изучили бы такое Добринево как явление, которое имеет свои причины. И я рада видеть здесь членов бюро райкома.
Щ у п е н я (нарочито спокойно). Амбиция и, я бы сказал, неразумное упрямство не позволяют вам, уважаемая Нина Ивановна, понять, что этот выездной суд — ошибка.
З у б р и ч (спокойно, но твердо). Партийная совесть, гражданский долг не позволяют мне отказаться от своих намерений и убеждений! И прошу не вмешиваться в прерогативы суда!