Проезжий зверинец
Девочку звали Аленой, мальчика — Сашкой Деревяшкиным. Они шли на Конную площадь, где гостил проезжий зверинец. Чтобы посмотреть на львов, обезьян, лисиц, нужно было заплатить по десять копеек за вход. У девочки Алены в кармане фартучка бренчали десять блестящих монеток — копейка к копейке, а Сашка Деревяшкин зажимал в кулаке два тусклых, позеленевших пятака, которые дала ему бабушка.
По дороге им попалась тетенька в белом халате, с белым деревянным ящиком на груди, похожим на школьный ранец. На крышке ящика лежало эскимо в новенькой синей «рубашке». Сашка Деревяшкин толкнул девочку Алену в бок и сказал:
— Попробовать бы. Когда я вырасту, я буду съедать по три порции подряд, три раза в день.
Девочка Алена вздохнула и ответила:
— А я пять порций подряд и пять раз в день.
Сашка Деревяшкин спросил у тетеньки в белом халате:
— Почем мороженое?
— Всего девять копеек, мальчик. Уж такое сладкое, такое холодное — ни у кого такого нет.
Сашка Деревяшкин сказал девочке Алене:
— Может, купим? А зверей в книжке посмотрим.
— Да-а, а мама с папой узнают.
Сашка нахмурил соломенные брови, для чего-то потрогал кисточку на тюбетейке.
— Может, и не узнают. Как узнают, их же здесь нет?
— По глазам узнают. Мама всегда так узнает. Посмотрит и говорит: по глазам вижу, ты опять что-то натворила…
— А ты зажмурься, когда с мамой разговаривать будешь.
— Тогда по носу узнает. Скажет, по носу вижу, что-то не так…
— Да-а, — вздохнул Сашка Деревяшкин, — узнают. Вообще-то, зверей тоже интересно посмотреть.
Вдруг девочка Алена вскрикнула:
— Ой! А я придумала!
— Что придумала?
— Пополам съедим и пополам посмотрим.
— Как так пополам?
— Купим одно эскимо и один билет. Эскимошку пополам съедим и билет пополам порвем. Ты одну половину зверинца посмотришь, я другую.
— Не пустят, а съесть можно.
— Почему не пустят?
— Потому что пополам. На карусель можно пополам? Нельзя! На качели можно? Нельзя! И в зверинец нельзя!
— Нет, можно, нет, можно! Карусель нельзя пополам разделить, а зверей можно. Вот, например, ты на зайца посмотришь, а я на льва. Я от льва отвернусь, ты от зайца, я — от слона, ты — от тигра.
— А я и на льва хочу смотреть.
— Ну, ты только будто бы не посмотришь. А по правде все увидишь. Он же большой. Отворачиваться будешь и посмотришь.
— Если так, конечно. Только, чур, эскимошку поровну кусать.
— Ага. Ты сверху откусишь, я снизу.
— Хитрая какая! Низ-то толще.
Купили эскимо и задумались.
— А как же мы поровну откусим? — спросил Сашка Деревяшкин. — Вдруг у тебя рот больше, значит, ты больше откусишь.
— Да, а вдруг у тебя? У тебя и зубы вон какие большие.
— Ну, давай враз кусать. Раз, два, три!
Они быстро стукнулись лбами, носы влипли в мороженое, а в рот ничего не попало.
— Нет, давай по очереди, — сказал Сашка Деревяшкин.
— Давай. — Девочка Алена откусила и передала эскимо Сашке Деревяшкину. Он тоже откусил и замер, вытаращил глаза:
— Ой, Аленка! Воробей-то, воробей какой!
Девочка Алена закрутила головой:
— Где, где? — и в это время Сашка Деревяшкин откусил эскимо лишний раз.
— Так нечестно, нечестно! — закричала девочка Алена, заметив Сашкино жульничество, и заплакала, затопала ногами.
Сашка Деревяшкин терпеть не мог девчоночьих слез, при виде их сильно краснел.
— Ну, не буду больше, ну, чего ты, Алена, не реви, не реви. А то дразнить буду. Плакса-вакса-королек — жарена капуста…
Девочка Алена не слушала его и ревела. Сашка Деревяшкин подумал и сказал:
— Хорошо, хорошо. Ешь одна, целиком. Только не реви.
Он еще подумал и добавил:
— Все-таки я мальчик.
Девочка Алена сразу успокоилась, вытерла слезы и принялась за эскимо, неторопливо обсасывая его.
Сашка Деревяшкин помрачнел, отстал от девочки Алены, затолкал руки в карманы. Про себя считал, сколько уже раз откусила Алена, наконец не вытерпел, махнул рукой на то, что он мальчик и должен уступать девочке, дернул Алену за косичку, потребовал:
— Дай откусить.
Девочка Алена снова хотела заплакать, но тут они услышали громкий крик:
— Сюда, сюда! Ребятишки!
Они повернулись на крик — на крылечке старой покосившейся избушки размахивал руками страшный старичок: вместо головы у него была рыжая необъятная борода, тоненькие ножки, тоненькое туловище, тоненькие ручки. Сашка Деревяшкин схватил девочку Алену, и они помчались.