II
Нихад встал, но приятель не двинулся с места, и Нихаду пришлось потрясти его за плечо. Тот вздрогнул, но так и не обернулся. Решив, что Омер задремал, Нихад склонился и заглянул ему прямо в лицо. К своему великому изумлению он обнаружил, что Омер не сводит сосредоточенного взгляда с противоположной скамейки и при этом настолько поглощен увиденным, что утратил всякую связь с окружающим. Нихад поискал глазами: что могло заворожить приятеля? Но, не приметив ничего достойного внимания, снова положил руку Омеру на плечо.
— Вставай же!
Тот ничего не ответил, только покривился: оставь, мол. меня в покое.
— Что случилось? Куда ты смотришь?
Омер наконец повернул голову и коротко бросил:
— Садись и молчи!
Нихад повиновался. Пассажиры не спеша поднимались со своих мест и направлялись к выходу. Они заслоняли скамейку напротив, и Омер, чтобы не прерывать наблюдений, вытягивал шею, наклонялся то вправо, то влево. Не выдержав, Нихад толкнул его локтем. ' — Слушай, мне надоело! Скажи в конце концов, что ты высматриваешь?
Омер медленно повернул голову.
— Там сидела девушка. Ты видел? — проговорил он таким тоном, точно сообщил о непоправимом несчастье.
— Не видел. Ну что из этого?
— И я никогда раньше не видел.
— Что за вздор ты несешь?!
— Я говорю, что сроду не видел более прекрасного создания.
Нихад досадливо поморщился и снова встал.
— Нет, не стать тебе серьезным человеком, хоть ты и не дурак и поговорить мастер.
Какое-то время слабая ироническая улыбка еще дрожала на его губах, затем лицо приняло прежнее равнодушное выражение. Омер тоже поднялся. Встав на носки и вытянув шею, он принялся выискивать кого-то в толпе. Потом обернулся к Нихаду.