— Если прямо, — сказал Джо, — то я пришел обсудить увеличительное стекло, которое ваш прадедушка сделал в девятнадцатом веке.
Коэн с облегчением рассмеялся.
— И это всё?
— Да. Представьте себе, только это. Но, видите ли, это было очень мощное увеличительное стекло, настолько мощное, что позволяло видеть сквозь годы. Настолько мощное, что может сказать нам: кто вы, и кто я, и почему вы сейчас консультируете меня здесь, в Каире.
— Я не знал, что консультирую вас.
— Это так, — сказал Джо, — никаких сомнений. Так вот, это увеличительное стекло таково, заметьте, что когда человек прикладывает его к глазу, то глаз за стеклом становится шириной в два дюйма. А такой большой глаз видит многое. Ваш прадед, основатель «Оптики Коэна», сделал это стекло для своего друга, английского ботаника, который шароёбился в этих краях в девятнадцатом веке, человека по имени Стронгбоу. Пока всё понятно?
Коэн улыбнулся.
— Да.
— Хорошо. И этот человек был из тех, что один на тысячу. Стронгбоу начинал карьеру как ботаник, но вскоре странствия взяли над ним верх, — «Остапа понесло», как говорится, — и он стал исследователем-энциклопедистом всей этой части мира, засовывая всюду свой нос и используя увеличительное стекло, чтобы лучше рассмотреть путевые достопримечательности. Затем, после сорока примерно лет, Строгбоу решил поменять свою жизнь ещё раз, и роздал свои мирские блага, как это делают святые люди, ведь вещи бесполезны на их путях.
И вот, Стронгбоу решил отдать лупу одному из своих самых близких друзей, который был и большим другом вашего прадеда, чёрному египтологу по имени Менелик Зивар. Вы следите за мыслью?
— Да.
— Прекрасно. Теперь уже Зивар смог использовать её с пользой — при расшифровке заключённых в камень древних песен, молитв и проклятий. И он делал это, пока не умер, и лупа была положена ему на грудь, в саркофаг. Зивар намеревался провести века в склепе под общественным садом рядом с Нилом; место находится здесь, в Каире. И этот Зивар, видите ли, этот старый, мать его рабыню, Менелик, так привык разговаривать с мумиями, что ввиду ухудшения зрения не придумал ничего лучше, чем отправиться в загробный мир с лупой в руке. Чтобы не упуская деталей разглядеть вечность. Вот что он сделал, и теперь у него на груди лежит превосходное и волнующее воображение устройство, данное ему давным-давно его старым другом Стронгбоу, а изготовленное большим другом их обоих, превосходным мастером-оптиком по имени Коэн… вашим прадедом.
Коэн улыбнулся.
— Превосходное и волнующее? — переспросил он. — Вы выбрали весьма необычные эпитеты для описания увеличительного стекла.
— Так и есть, — сказал Джо. — Это увеличительное стекло превосходно, его сделал таким ваш прадед. И ботаник-энциклопедист, святой человек Стронгбоу, и чёрный бывший раб, ставший археологом, Менелик Зивар. Все три великих друга ковырялись вилкой во времени, так сказать, чтобы насладиться результатом — ирландским рагу из истории; хотя ни один из них ирландцем не был.
— Но вы ведь ирландец, не так ли, мистер Гюльбенкян?
— Это верно, и в некоторых вещах моё происхождение не сказывается, в других же — совсем наоборот. Погода влияет на ирландцев, как старая рана. Когда на дворе темнеет, начинаешь чувствовать скованность у основания черепа; довольно скоро она подкрадывается к глазам, наползает на мозг. И единственным способом остановить приближающийся паралич…
— Хотите чего-нибудь выпить?
— Не хочу говорить «нет», раз уж вы об этом вспомнили.
Коэн полез в шкаф и достал бутылку и стакан.
— Арак пьёте?
— Благодарю. Может, перейдём на «ты»?
Коэн налил и оставил бутылку на столе рядом с Джо.
— Давай, ирландец Гульбенкян, — пробормотал он. — Это звучит.
Джо пригубил половину стакана, и лицо его разгладилось.
— Ты так думаешь? Тем не менее, мне гораздо приятнее мечтать, чем для воплощения мечты что-то делать.
— Как и большинству, полагаю. Значит, на самом деле тебе не нужны благотворительные взносы для армянских беженцев из Малой Азии?
— Ну, в долгосрочной перспективе могут понадобиться. Но я признаю, что это была небольшая уловка. «Крышка», как говорит Лиффи. По его словам, секретные агенты всегда используют то или иное прикрытие, маску. Опять же, как и большинство людей…
Но мы отвлеклись. Стронгбоу, старина Менелик, твой прадед Коэн. Они составляли замечательный триумвират, когда были молоды. Когда они были примерно твоего возраста, должно быть.