Сила его слов была в этой прямоте, в них было что-то бесстрашное, далеко видимое.
«Мы вспоминаем пример, — сказал Ленин, — когда старые люди говорят: «Выросли детки, детки вышли в люди, можно умирать». Мы умирать не собираемся, мы идем к победе…»
Почин России воодушевил все народы. На мировом небосклоне загорелись зарницы венгерской революции. Надо продержаться еще три-четыре месяца, продержаться, выправить тяжелое положение на фронте и на транспорте. Для этого нужны силы. «Где же взять эти силы?» — спросил Ильич.
Есть у Ленина своя, особенная черта. И ее выделил комиссар депо. Слушает товарища Ленина рабочий человек и думает: «А ведь он, Ильич, советуется со мною, Иваном Бураковым, с тобою, Яков Кондратьев, со всем рабочим народом». Советуется, глубоко убежденный, что людям практики виднее, как изыскивать все новые и новые средства помощи.
Вот почему Ленин с такой беспощадной прямотой и страстной верой в силы народа обратился к рабочим, которые испытали на себе всю тяжесть разрухи и приобрели большой опыт борьбы:
«…только эти рабочие, — сказал Владимир Ильич, — только эти наши передовые отряды могут нам помочь!»
Первым пунктом у рабочих должно быть: помочь всеми силами фронту. Ленин посоветовал, предложил, чтобы рабочие на каждом собрании ставили и практически решали вопрос: «Чем мы можем помочь транспорту?»
Это и приближало к депутатам мысли, заботу и тревогу Владимира Ильича. Сердце комиссара депо загорелось ленинской надеждой и верой в будущее.
— И если каждый из нас выполнит ленинское указание, сделает хотя бы маленькую долю той работы, от которой зависит судьба революции, наша судьба, то мы добьемся успеха. Надо, — говорил комиссар своим товарищам по депо, — вселять бодрость в сердце, умножать сознательность, укреплять дисциплину. Сим, говорю, и можем победить!
Приближалось благовещение, и комиссар депо выдвинул перед коммунистами и сочувствующими задачу: нанести, как он выразился, удар по религиозному дурману. Учитывая текущий момент — Колчак наступает по всему фронту, — работать добровольно самим и увлечь за собою всех рабочих.
Слесарь Шатков так и записал в протоколе:
«Слушали:
О благовещении.
Доклад тов. Буракова об усилении работы коммунистов.
Постановили:
Ввиду того, что производительность железнодорожного транспорта пала, и ввиду усиленной перевозки мы, коммунисты, постановили: отработать благовещение…»
В этот момент комиссару сказали, что на станцию прибыли эшелоны питерских и московских рабочих-добровольцев и балтийских моряков, направляемых на Восточный фронт. А как отправить их дальше? Здоровых паровозов нет на путях…
Вот так, в лоб, возник перед партячейкой ленинский вопрос: «Чем же мы можем помочь фронту?» А ведь победа начинается в депо, катится по рельсам и должна завершиться ударом штыка!
Решено было немедля начать ремонт паровозов. Работать до тех пор, пока мы сами, своими руками, не выпустим из текущего ремонта паровозы, пока не отправим эшелоны на фронт.
Иван Ефимович взглянул на коммунистов смелыми глазами и, словно подбадривая их и себя, сказал:
— Не унывай, рабочий класс! Как говорит вождь и товарищ наш Владимир Ленин: чем меньше нас, тем больше от нас требуется!
И спросил для порядка: кто, мол, за это предложение? — хотя по лицам коммунистов видел, что все — за!
Он и так хорошо знал всех, но опять же для порядка спросил каждого, называя по фамилии, дает ли он согласие на добровольный неоплачиваемый труд, на то, чтобы работать по-коммунистически.
Слесарь Каракчеев. Слесарь Михаил Кабанов — комиссар текущего ремонта. Слесарь Гарлупин. Котельщик Павлов. Слесарь Бураков — комиссар депо. Слесарь Наперстов. Слесарь Петров. Слесарь Апухтин — комиссар водоснабжения. Слесарь Кабанов Петр. Машинист Сливков. Машинист Кондратьев — комиссар паровозных бригад. Слесарь Усачев — комиссар среднего ремонта. Слесарь Сидельников. Слесарь Шатков. Чернорабочая Кабанова…
— Вот и сочувствующие с нами, — тепло сказал комиссар.
А из сочувствующих была в этот момент на собрании Аксинья Кабанова. Должность у нее маленькая — снаряжает песком паровозы. Была Аксинья в ту пору молодая, веселая, бойкая. Сушит на плите песок и песни распевает. Ее-то и послал комиссар депо сходить, да побыстрей, домой за мастером Горшелевым, тоже сочувствующим.
— Скажи Степану Андреичу, что коммунисты зовут — эшелоны на Колчака отправлять.
Подъездные пути были забиты больными паровозами чуть ли не до Перовского моста. Тихо топал по путям маневровый паровозик. Даст гудок и замрет…