Он встал, поднял нетвердой рукой бутылку, разлил оставшееся в ней вино по бокалам, опорожнил свой одним глотком и сказал:
— Теперь я ухожу.
— Почему? — спросил молодой человек.
— Объяснить это вам могло бы все сказанное мною.
— Нет, — сказал молодой человек, — я хочу еще пить.
— Этот довод показался штудиенрату Цахариасу чуть ли не убедительнее его собственной речи, и он всерьез задумался над тем, не сесть ли ему снова. Наконец он вынес свое решение:
— И тем не менее я ухожу.
— Куда? — не без интереса спросил молодой человек.