– И ты его отпустил?!
– А что мне оставалось? Эсси, это его решение, – сказал я. – Я могу только поблагодарить его и надеяться, что с ним все будет в порядке!
– Все из-за этой Златы! – яростно воскликнула она. – Если бы не она, мы не попались бы! Вы с Хадриссом умеете прятаться, никто бы вас не нашел! А с этой обузой…
– Успокойся, – сказал я. – Что толку злиться? И кстати, где эта парочка?
– Там, – махнула рукой Эсси. – Кони их далеко занесли, насилу остановили! Сейчас отдыхают, тебя ждут…
– Здорово ты лошадей пугнула. Поди, все силы растратила?
– Почти, – вздохнула она. – Но ничего, они быстро возвращаются, когда рядом кто-то есть, я уж давно заметила, и… – Эсси осеклась, потом произнесла каким-то странным голосом: – Север?
– Что?
– Ты ничего не замечаешь?
– А что я должен заметить? – нахмурился я.
– У тебя в плече арбалетный болт торчит, – тихо сказала она. – В правом.
Я покосился туда – выходит, арбалетчик все-таки не промазал! Болт вошел почти на всю длину, торчал сзади – это я обнаружил, ощупав плечо.
– Куртку испортили, сволочи, – вот и все, что я сказал.
Остановил Везунчика, спешился, осторожно стянул куртку – ладно, дырки небольшие, заделать несложно.
– Зараза, неудобно-то как!
С этим клятым болтом я промучился долго: мало того что несподручно было вытаскивать, так еще не получалось толком ухватиться! Был бы тут Хадрисс, он бы легко его выдернул, но увы… Показываться же в таком виде на глаза Злате с Золотом я не желал категорически. К счастью, в конце концов я все-таки сообразил, как быть: загнал болт обратно (для этого пришлось ощутимо приложиться плечом о дерево), а спереди его подцеплять стало не в пример удобнее.
– Дрянь какая, – вздохнул я, тщательно вытер болт подолом рубахи и сунул его в седельную сумку. Разбрасываться вещами, на которых осталась частица меня, я не привык. К тому же по такой штуке меня и найти могут! Во всяком случае, смертознаи точно умели подобное. Отчего бы и обычным колдунам не сподобиться?
– Север… – прошептала Эсси, все это время молча наблюдавшая за моими мучениями. – Я помню, ты говорил, что почти не чувствуешь боли, но… кровь-то у тебя должна течь?
– Угу, – ответил я и показал ей влажное пятно на рубашке: здесь темно-красная ткань казалась почти черной. – Видишь, идет немного.
– Север, я видела раненых! У тебя уже рука должна отняться, а ты… Ты даже не заметил, что у тебя в плече торчит эта штуковина!
– Я – единственный и неповторимый в своем роде, – уклончиво сказал я. Пускаться в объяснения вовсе не хотелось. – Не переживай, со мной все в полном порядке.
– И тогда… с моими останками… – не слушая меня, продолжала Эсси. – Север, кто же ты такой?!
– Человек, – повторил я свой тогдашний ответ. – Едем, Эсси. Надо убираться отсюда…
Парочку слышно было издалека: Злата причитала, Золот только охал. Оказалось, этот недоумок все оглядывался, смотрел, скачет ли следом княжна, а в результате не успел пригнуться и получил сухой веткой по физиономии. Спасибо, без глаз не остался! Впрочем, ему и так досталось: поперек лица тянулась багровая полоса, левую щеку коварный сучок и вовсе распорол.
– Шрамы украшают мужчин, – сообщил я, и парень перестал хныкать. – Или Злата иного мнения?
Княжна не соизволила ответить, а Золот спросил:
– А Хадрисс где?
– Нету Хадрисса, – ответил я, не желая вдаваться в подробности.
– Как?..
– Вот так. Дальше одни поедем.
– А… это те люди его? – осторожно спросил он.
– Угу, – сказал я.
– Но за что?! – изумился Золот. – Что он натворил? Может, он беглый преступник?
– Он не преступник, – ответил я.
– Да, а почему они вообще нас остановили? – спохватился он. – Я ничего не понял! Что тот человек говорил про колдовство?
Нужно было срочно что-то выдумывать, потому что сказать правду я не мог. Жаль, фантазия у меня бедная!
– С ними был колдун, – нехотя заговорил я. – Ему показалось, будто у кого-то из нас есть что-то… ну… запрещенное. Может, это он мой амулет почуял, – я потеребил привешенный к поясу волчий хвост, – откуда мне знать? Похоже, здесь даже из-за такой мелочи можно в неприятности попасть!
– А лошади-то почему понесли?
– Наверно, он решил нас всех проверить, а кони колдовства страсть как не любят, – пожал я плечами.
– А твой Везунчик?
– Мой Везунчик много чего повидал, да и вымуштрован преотлично, – терпеливо сказал я. – И к тому же я, в отличие от некоторых распустех, поводья крепко держал.