Л е в о н. Кабы с тобой так, то, пожалуй, и похуже было бы…
Л у ш к а. Ну, смотри, Левон!
Л е в о н (переводит разговор). Ты чего там о сватах говорила?
Л у ш к а. К Соньке нашей, дочке твоей…
Л е в о н. А кто?
Л у ш к а. Мишка, зоотехник. Максимов сын.
Л е в о н (даже икнул). Сторожа Максима?
Л у ш к а. А кого же еще? Иди одевайся. Да патлы расчеши. (Открывает шкаф.) Тебе какой костюм? Коричневый или синий в полосочку?
Л е в о н (его передернуло). К черту полосочки! Давай какой-нибудь.
Л у ш к а. Коричневый. (Подает костюм, сорочку, галстук.)
В хату вбегает С о н я.
С о н я. Мама! Ну что же вы сидите?
Л е в о н уходит в другую комнату переодеваться.
Л у ш к а. Я сейчас, доченька, сейчас. А кто же придет?
С о н я. Не знаю. Возможно, и сам председатель… Он ведь любит Мишу. Сам вызвался.
Л у ш к а. Да ты что! Рыбка моя!.. Такой почет, уважение такое… (На радостях прослезилась.)
С о н я. Не плачь, мамуля. Это же только для формы. Мы же все равно решили. А сваты — только чтоб вас не обижать.
Дочь и мать начинают раздеваться, чтобы надеть новые платья.
Л у ш к а. Дочушка моя милая… Зорька моя ясная…
С о н я. Какое мне платье надеть? Может, из тафты?
Л у ш к а. Ты же лучше знаешь, что ему нравится…
Уходят переодеваться в другую комнату. Входит Л е в о н в шикарном коричневом костюме.
Л е в о н. Положение — хуже губернаторского… Значит, Максим сватом будет… Ах, чтоб тебе пусто было! (Поразмыслив.) А может, оно и к лучшему?.. (Опять подмаргивает. Кого-то заметил за окном, испугался. Отступает в комнату, из которой только что вышел.)
Входят М а к с и м с полосатым рядном и соседка К л а в а — соломенная вдова, молодая, томная женщина.
М а к с и м. День добрый в хату! А тут никого нету… Так ты точно знаешь, что это их вещь?
К л а в а. А чья же? У них такую брала.
М а к с и м. Тогда зови их сюда.
К л а в а. Лушка! Левон! Где же вы? (Заглядывает в комнату, где спрятался Левон.) Добрый день, Левон Степанович! Ух ты!.. Какой ты!.. (Кокетливо.) Глаз не оторвать…
М а к с и м. Здоров, Левон.
Л е в о н (подмаргивает). Доброго здоровья!
М а к с и м (показывает рядно.) Твое?
Л е в о н. Нет, нет, не мое.
Входит Л у ш к а.
М а к с и м. Добрый день, хозяюшка.
Л у ш к а. День добрый, Максим, день добрый! Садитесь! (Оглянулась на дверь, будто ожидая еще кого-то.)
К л а в а. Лушка! Максим вот какое-то рядно нашел. Не твое ли?
Лушка рассматривает злополучное рядно, потом глядит на Максима, соседку, мужа. Левон чувствует себя так, будто у него обрезали все пуговицы на штанах. Нервный тик усиливается.
Л у ш к а. Нет… не мое, Максимка.
К л а в а. А мне показалось… У тебя я такое брала, когда сушила просо.
Л у ш к а. Нет, голубка, не мое… Ты, верно, ошиблась.
М а к с и м (заметил подмаргивания Левона). А ты чего подмаргиваешь?
Л у ш к а. Да это у него с ночи чего-то. Встал утречком и подмаргивает, будто контуженный.
М а к с и м. А может, с вечера! Или нечаянно кочергой огрела?
Л у ш к а. Да что ты! Пока не дошло до этого. Опосля разве…
М а к с и м (подозрительно). Так не твое, говоришь?
Л у ш к а. Нет, Максимка, не мое.
К л а в а. А ты разгляди хорошенько, может, и твое.
Л е в о н. Что его разглядывать? Картинка это, что ли?
М а к с и м. Ну и хвала богу, что так вышло. А то лихо ведает, как бы оно повернулось.
К л а в а. Как вы сегодня принарядились! На свадьбу куда или на крестины?
Л у ш к а. А для чего же это добро? В шкафу висеть? Чтобы моль ела? Сегодня выходной день… Вот Максим прифрантился, хоть и старик… (Смотрит в окно.) Ой, и председатель к нам…
М а к с и м. Ты и впрямь не знаешь или прикидываешься?
Л у ш к а (игриво). А что я должна знать?
Входят Б у й к е в и ч и М и х а и л, здороваются.
Б у й к е в и ч. Мы его ищем, а он тут уже. Может, и дело уладил без нас? А? Максим Иванович? Или ты не доверяешь мне как свату?
М а к с и м. Да я все искал, чья это вещь. (Показывает на рядно, которое лежит на стуле.)