— Байтеке правильно говорит: все части нужны.
Балжан шутливо ударила его по щеке.
— А еще называет себя машинистом! Известно, что все части нужны, а ты скажи, для чего они нужны!
Жанабыл подставил ей другую щеку:
— Ударь еще раз! Теперь уже за Байтеке.
— Ладно, хватит с тебя.
Сергею Петровичу понравилась эта худощавая бойкая женщина с живыми темными глазами, затененными длинными ресницами. Он пришел на помощь Жанабылу:
— По-русски это называется золотник — сердце паровой машины.
— Вон как, и у машины бьется сердце?
— В каждом механизме есть свое сердце. Тот, кто изучит законы, по которым оно бьется, станет настоящим мастером.
Сергей Петрович повернулся к Козлову:
— Если Жанабыл будет первым машинистом из мужчин казахов, то Балжан должна стать первой среди женщин.
— Постараемся, — пообещал Борис Михайлович. — Стало быть, так: с установкой парогенератора несколько повременим, сначала наладим паровой котел. Я думаю, дед Иван прав. Не пустить ли нам движок, пока котел не готов?
— Предложение разумное, — отозвался Щербаков. — Движок пустит в ход не только станки — он зажжет лампочки Ильича. Наши люди в большинстве еще не видели электрического света. Вот так и будем налаживать одно дело за другим. Полагаю, пришло время для строительства литейного цеха. Не возить же нам без конца мелкие запасные части из Донбасса, Ленинграда и Москвы.
Послышался гул трактора и звонкий голос Левченко:
— Поворачивай сюда! Осторожней!
— Наш Антон приехал! — всколыхнулся Козлов.
Все выбежали во двор. Прицепы трех тракторов и несколько подвод доверху были нагружены станками, динамо-машинами, частями парогенератора. Антона засыпали вопросами:
— Сурик для обмазки муфт не забыл?
— А асбестовую прокладку привез?
— Привез, привез! И не спрашивайте — вся станция забита оборудованием! — говорил Антон, прикрывая глаза и качая головой. — Не иначе — вся страна болеет о нас. База треста прямо ломится. Только успевай перевозить…
Сергей Петрович посмотрел, как разгружают механизмы, и пошел к шахте номер один.
На вершине холма, неподалеку от шахты, неподвижно стоял инженер Орлов. Как и всегда, он поднялся до восхода солнца и с утра ни на минуту не присел: объехал дальние шахты, обошел пешком весь промысел. Производство росло на его глазах, оно увлекло его, и он все меньше тяготился своим одиночеством.
Сергей Петрович опустился рядом с Орловым на густую траву.
— Садитесь, Андрей Андреевич, отдохнем немного, — расстегнув ворот рубашки, он подставил грудь ветерку, достал из кармана трубку. — Много у нас забот… Вот я теперь раздумываю: поставили мы Осипова заведовать первой шахтой. Правда, в Донбассе он десятником работал. Но особой распорядительностью и смекалкой как будто не отличался. Медлителен, слишком уж спокоен, хотя дело знает. Получится ли из него хороший начальник шахты?
— И я об этом беспокоюсь, — задумчиво проговорил Орлов.
— А с другой стороны, такие работники, как Осипов, у нас наперечет. Придется рискнуть. Будем, конечно, держать его на глазу, помогать ему. Как вы считаете, не пора ли начинать проходку наклонного спуска в шахту? Монтаж подъемной машины идет к концу, вагонетки, рельсы есть… Не поручить ли Ермеку проходку уклона?
— Да больше, пожалуй, и некому… Только, вы, Сергей Петрович, предупредите его: иногда он не слушает указаний инженера.
— У него в голове еще сидят старые представления об инженере. Я поговорю с ним.
С холма он оглядел окрестность, с наслаждением вдохнул остывший после дневной жары прохладный воздух.
— Уголька здесь много…
— И хороший уголь, — добавил Орлов — Мало содержит серы и фосфора. А чем меньше в угле этих примесей, тем лучше идет выплавка чугуна, тем дешевле она обходится.
— Но в некоторых пластах здешнего угля довольно много золы.
— Да, зола есть. Но этот недостаток легко устранить. Карагандинский уголь хорошо поддается обогащению. Есть у него еще одно качество: выдерживает длительное хранение… Не могу бранить здешний уголь. И чем глубже залегают пласты, тем он лучше. Наша задача: как можно скорей добраться до этих пластов.
— Поставим на это дело лучших рабочих, — докончил Щербаков. — Я думаю, бригаду Ермека следует сделать ударной, на ее примере учить других.
— Как это — сделать ударной? — Орлов имел довольно смутное представление об организации ударного труда.
— Отберем в бригаду самых опытных людей. Нечего греха таить, порою мы кайловщиков переводим на работу с лопатой. Тут часть и вашей вины.