— Хорошо, — с готовностью соглашался Рымбек и записывал в блокноте. Записывая, он часто вскидывал глаза на Щербакова, ловил каждое его слово. Поистине этот человек был артистом своего дела. Выслушав Щербакова, он с озабоченным видом предложил: — А если мы сделаем обучение на вечерних курсах обязательным для всех? У рабочих, пользующихся сокращенным рабочим днем, много свободного времени, его хватит на учебу. Государство ведь не жалеет средств на это дело.
— Нет-нет, это уж через край, — решительно возразил Сергей Петрович. — Нельзя проводить обучение по принуждению. Надо действовать убеждением, в расчете на сознательность рабочих. Нужны терпение, выдержка…
Бейсек и Рымбек переглянулись, как бы говоря друг другу: «Не поддается, старый хрыч».
А Щербаков, прохаживаясь по комнате, говорил уже о другом:
— Бейсек Керимович, вам предстоит трудная работа. Я имею в виду обеспечение наших угольщиков продовольствием. Помните последнее решение бюро городского комитета партии? Требуется тщательный учет продовольствия и исключительная бережливость. Наши колхозы еще не создали богатого запаса продуктов. У них тоже период организационного укрепления, как и у нас. Надо нам добиться, чтобы ни одна карточка не была израсходована не по назначению. С такой же энергией нужно бороться и за то, чтобы по каждой карточке своевременно и сполна выдавалась положенная норма продуктов. Учтите, через два-три месяца сойдет снег, наступит распутица, транспортная сеть ухудшится. Какой запас продовольствия у нас есть, какое количество людей мы должны обеспечить, сколько народу прибывает ежедневно — все это нужно тщательно учесть. Если мы искусственно увеличим число рабочих и получим на них излишний запас продуктов, нас будут судить. Дадим заниженную цифру — заставим рабочих нуждаться в продовольствии, тоже будем отвечать по всей строгости. По-моему, сейчас самое трудное для нас — это снабжение. Предупреждаю, Бейсек Керимович, мы оба ответственны перед партией за этот участок работы.
Бейсек тонко улыбнулся. На его лице появилось выражение скорее лукавства, чем серьезности. Он прикрылся шуткой.
— И так и этак придется отвечать, Сергей Петрович. Выходит, одна продовольственная карточка дороже, чем мы с вами.
— Карточка дорога тем, что она предназначена для человека. И мы должны заботиться прежде всего о человеке.
Вошла секретарша — девушка с веснушками на лице. Взглянув на маленький листок бумаги, который держала в руке, она сказала Рымбеку:
— Вас давно уже ждет один товарищ — зовут его Махмет Торсыкбаев.
— Сейчас, сейчас, — отозвался Рымбек. И тут же обратился к Щербакову: — Думаю, что это подходящий сотрудник для отдела рабочего снабжения. Тем более, как вы говорите, в отделе предстоит большая работа. Не хотите поговорить с ним?
— Дельные работники отделу нужны. Но ведь на такую должность требуется путевка горкома.
— Он не решается пойти в горком, пока вы сами не запросите. У них с Мейрамом, кажется, натянутые отношения. — И добавил шепотом: — Болтают, что на почве ревности…
— При чем тут ревность? — сказал Щербаков, рассмеявшись. — Ох, эта молодость! Пусть зайдет, посмотрим на парня.
Вошел тучный, кудрявый, с иголочки одетый Махмет. Держался он подчеркнуто скромно. Войдя, почтительно поздоровался и за все время разговора вел себя смиренно, как сытый ягненок.
— Где вы работали раньше? — спросил его Сергей Петрович.
— Здесь, в Тельмановском районе. Был председателем райпотребсоюза.
— Почему же ушли?
— Уезжал в Алма-Ату на курсы торговых работников. Сейчас, окончив курсы, вернулся.
— Мы не можем переманивать работников района. Да и самому вам разве удобно покидать организацию, которая позаботилась о повышении вашей квалификации, затратила на это средства?
Махмет не сразу нашелся с ответом. Вмешался Рымбек.
— Округ направил его в Караганду. Почему же нам не принять его?
— А вы как смотрите? — обратился Щербаков к Бейсеку.
— Я знаю этого человека через Рымбека. У него среднее образование да и практика не маленькая. А вот теперь прошел курсы. Такие люди встречаются не часто.
— Что же, — согласился Щербаков, — попробуем запросить горком. Только вы, молодой человек, учтите всю ответственность предстоящей работы. Снабжение рабочих не менее важное дело, чем добыча угля. Вот мы сейчас сидим и ломаем голову, как лучше его наладить.