Макс, худой, долговязый парень лет тридцати пяти, появляется в дверях.
Макс. И если меня не будет поблизости, в первый же год вылетишь в трубу.
Кило. А где же сахар? Или ты сегодня ничего не принес?
Макс. Поляки очень хорошо его сторожили.
Старший Минне (угодливо). Ну уж, Макс, тебя-то они никогда не поймают, даже если ты выйдешь с мешком под мышкой.
Макс. Верно, Минне. А вот тебя непременно поколотят, даже если ты насыплешь в карман полкило, чтобы подсластить спирт, как ты это сделал на прошлой неделе, на то ты и есть глупый старый Минне.
Старший Минне. Не всем же быть хитрецами. Тогда мир был бы слишком однообразен. (С таинственным видом.) Зато у нас, стариков, всегда ушки на макушке, и мы внимательно слушаем, что рассказывают вокруг. Вот так и узнаешь, что вчера утром одна девушка вернулась из города, да, худенькая черноволосая девушка вернулась из Арраса. Все думали, что она осталась там, что ей там хорошо, а она вчера утром возьми и вернись сюда, в Верьср. Вот так-то.
Макс. Откуда тебе это известно?
Старший Минне. Слухом земля полнится. Я ее… своими глазами видел. «Добрый день, барышня», — сказал я и снял кепку, но она не заметила меня, ведь никто здесь не замечает Минне, надо сказать, она за последний год ничуть не потолстела. Такая же плоская селедка, как была.
Младший Минне. Кто же это такая?
Старший Минне. Максу лучше знать.
Младший Минне. А мне ты ничего не сказал. Ты вообще никогда ничего мне не рассказываешь, хоть я и твой брат.
Старший Минне. Она выходила из кондитерской и грызла шоколад, а я подошел к ней и сказал: «Здравствуй, Малу, гуляешь? А может быть, кого-нибудь ищешь? Уж не Макса ли?» Она засмеялась и показала свои белые зубки. «Пусть Макс, — сказала она, — катится к чертовой матери».
Младший Минне. Далеко же она его послала.
Макс. Она этого не говорила.
Старший Минне. «К чертовой матери», — сказала она.
Кило. Да про кого это вы?
Макс. Малу, младшая дочь Фламина. Она служит горничной в Аррасе.
Старший Минне. Больше уже не служит.
Макс вопросительно смотрит на него.
А ты-то вообразил, будто знаешь все: и что происходит на заводе, и все про нас, и про весь Верьер. Только тут ты дал промашку. У тебя еще молоко на губах не обсохло, парнишка, тебе бы поучиться у старого глупого Минне. Я-то все знаю про эту красивую пташку.
Кило. Она такая же вольная пташка, как ее сестренка Лили?
Макс. Нет.
Старший Минне. Она намного моложе.
Макс. Что ты еще о ней знаешь?
Старший Минне (медленно пьет из своей фляжки). Хе-хе, ты, я вижу, заволновался. (Смотрит на Макса долгим взглядом.) «Пускай катится к чертовой матери, — сказала она, а потом, набив рот шоколадом, добавила: — Проваливай отсюда, Минне». Я пошел прочь, а она быстро затараторила с кем-то по-французски, и кого же я увидел? Господина Ламбера, оказывается, он сидел в своей машине с открытой дверцей и поджидал ее. Она села к нему, и они проехали мимо меня, так близко, что чуть не зацепили.
Макс. Господин Ламбер, секретарь? Ты уверен? А машина зеленая с серой крышей? Ты как следует смотрел?
Старший Минне. Правым глазом.
Пауза.
Макс. Собирайся, Кило, пойдем отнесем сахар.
Старший Минне. Она достигла в жизни большего, чем ее сестра Лили. Господин Ламбер забрал Малу из Арраса, и теперь она поселилась в его доме, он не решался забрать ее к себе, пока была жива его мать. Сейчас они воркуют, как два голубка, старый Ламбер и Малу, в доме его матери. А Фламин ходит с гордым видом, как и подобает отцу.
Младший Минне. А мне, родному брату, ты даже ничего об этом не рассказал.
Снаружи доносится громкий голос: «Ah, merde alors, je le tuerai, le cochon qui m’a fait ipa» Ему по-польски ответили что-то протестующие голоса. Первый голос прокричал еще громче: «Je le сгеѵегаі». Хлопнула дверь, человек продолжает кричать, но слов уже не разобрать. Ему вторит, то и дело перебивая его, польская речь.
Кило (ухмыляясь). Что они такое говорят, Макс?
Макс. Этот тип уверяет, будто видел, как поляк унес его мешок с сахаром. Рыжий поляк.
Кило смеется.
Старший Минне (обращается к Максу, а тем временем шум в соседнем бараке стихает). Мне подменить тебя сегодня ночью?
Макс. Не надо. Мы начинаем в половине двенадцатого.
Старший Минне. У меня ведь все равно бессонница. Я могу поработать в конденсаторной. За двести франков отработаю всю ночь.