Он вздрогнул, когда я его окликнул, и, казалось, удивился, увидев нас.
— Хэлло, что это вы здесь делаете? Знаете, развалина не очень-то безопасная. На глазах рассыпается. Вот-вот рухнет вообще. Надеюсь, вы там не испачкались, Элизабет?
— О, все в порядке. Капитан Хэстингс пожертвовал своим носовым платком ради чистоты моего платья.
Полковник рассеянно пробормотал:
— Да? Что ж, тогда прекрасно.
Он стоял, дергая себя за ус, и мы встали и присоединились к нему. Казалось, сегодня вечером его мысли были где-то далеко-далеко.
Наконец он пробудился от размышлений и сказал:
— Пытался перестрелять чертовых лесных голубей. Представить себе не можете, сколько от них убытков.
— Я слышал, вы отличный стрелок, — сказал я ему.
— А? Кто вам сказал? О, Бойд Кэррингтон. Было когда-то… был когда-то. Сейчас-то хуже. Возраст есть возраст.
— Зрение, — предположил я.
Он сразу же отверг мою версию.
— Чепуха. Зрение ничуть не хуже. Ну, конечно… приходится читать в очках. Но дальнозоркость в полном порядке.
Он повторил через одну-две минуты:
— Да… в полном порядке. Не то чтобы это имело значение…
Его голос замер, превратившись в рассеянное бормотанье.
Мисс Коул заметила, оглядываясь по сторонам:
— Какой сегодня прекрасный вечер.
Она была совершенно права. Солнце клонилось к западу и изливало богатый оттенками золотой свет, благодаря которому темная листва деревьев словно пылала зеленым огнем. Вечер был тихий и спокойный и очень английский, какой вспоминается в далеких тропических странах. Я высказал свои мысли вслух.
Полковник Латтрелл пылко согласился.
— Да, да, я частенько думал о таких вечерах… в Индии. Сразу начинаешь думать о том, когда выйдешь в отставку и осядешь… верно?
Я кивнул. Он продолжил изменившимся голосом:
— Да, осядешь… вернешься домой… ничего никогда не бывает таким, как себе представляешь… нет… нет.
Я подумал, что, вероятно, эти слова особенно верны в его отношении. Он никогда и представить себе не мог, что станет хозяином гостиницы, будет пытаться извлечь из нее доход и что его постоянно будет изводить придирчивая жена, а он попросту жаловаться.
Мы медленно направились к дому. Нортон и Бойд Кэррингтон сидели на веранде; полковник и я присоединились к ним, мисс Коул же вошла в дом. Мы поболтали несколько минут. Казалось, полковник Латтрелл немного приободрился. Он даже раза два пошутил и был гораздо бодрее, чем обычно.
— Ну и жаркий выдался денек, — заметил Нортон. — Страшно хочу пить.
— У меня есть что выпить, парни. В доме, а? — Полковник говорил энергично и весело.
Мы поблагодарили его и приняли предложение. Он встал и скрылся в доме.
Та часть террасы, где сидели мы, располагалась как раз напротив окна столовой, и это окно было открыто.
Мы слышали, как полковник двигается по комнате… открывает буфет, потом раздался визг штопора и приглушенный хлопок — из бутылки выскочила пробка.
И затем прозвучал резкий высокий голос миссис Латтрелл:
— Что ты делаешь, Джордж?
Полковник что-то забормотал. Мы только слышали отрывки промямленных фраз: «…друзья в саду… выпить…».
Прогремел резкий, раздраженный, полный негодования голос:
— Ты не сделаешь ничего подобного, Джордж. Это надо же додуматься! Как ты считаешь, мы сможем добиться дохода, если будем предлагать выпивку всем и каждому? Здесь за вино будут платить. У меня есть способности к бизнесу, которых у тебя нет. Да ты завтра же оказался бы банкротом, если бы не я! Мне приходится следить за тобой, как за ребенком. Да, как за ребенком. У тебя ни на грош нет здравого смысла. Отдай мне бутылку. Отдай мне ее, я тебе говорю.
И снова раздалось мучительное, низкое, протестующее, невнятное бормотанье.
Миссис Латтрелл сварливо ответила:
— Мне наплевать. Бутылка вернется в буфет, и я его запру.
Раздался звук поворачивающегося в замке ключа.
— Вот так, я не позволю тебе творить глупости.
На сей раз голос полковника прозвучал более ясно.
— Ты заходишь слишком далеко, Дэйзи. Я не потерплю.
— Ты не потерпишь? А кто ты такой, хотела бы я знать? Кто управляет домом? Я. И не забывай об этом.
До нас донесся шорох ткани — по-видимому, миссис Латтрелл выпорхнула из комнаты.
Через несколько минут появился полковник. И за прошедшие минуты он стал выглядеть гораздо старше и дряхлее.
Вряд ли кто из нас не почувствовал к нему жалости и вряд ли кто не испытал желания убить миссис Латтрелл.