– Да, Отатта. А… – Ли замолчал на полуслове.
– Слушаю, Ван Ли.
– Нет, нет, ничего уже…
– Ладно, через три часа спать. Какой ужин был? А то мне Зофалия не рассказывает. Она с детства любила надо мной прикалываться.
– А она вам просто подруга?– робко спросила Стеф.
– Нет, мисс Веллерс, она – одна из лучших друзей моего детства, крёстная мать моей дочери и моя сообщница. Она помогала мне воспитывать Эндину, когда Линдор, моя бывшая жена, встала на сторону «закона». Слишком робкая была… Ладно, давайте без сентиментальности.
– На ужин пюре с рулетом и оливье. Я удивилась, потому что не знала, что Зофалия умеет его готовить,– сказала я вслед мастеру. Он кивнул и ушёл.
Мы встали и вчетвером отправились в нашу комнату. Стеф постоянно смотрела на Ли и сильно краснела, когда он ловил её взгляд. Мне это поднадоело.
– Ли, можно тебя на секундочку?– сказала я и вышла из комнаты. Он вышел за мной.
– Что-то случилось?
– Ну… Хотела спросить, что ты чувствуешь к Стефани?
– Лер… Понимаешь, она очень нерешительная. Такая себе бедная овечка, витающая в несбыточных мечтах. Она ждёт чего-то сверхъестественного, но сама никаких усилий не прикладывает. В ней нет твёрдости духа, силы воли, нет стержня и такой уверенности в себе, чтоб с ног сбивала. Такая наивная робкая серость не в моём вкусе. Если её будут обижать, она ведь не ответит, она позволит вытирать об себя ноги. А мне нравятся гордые неприступные львицы, которые умеют правильно презентовать себя. Такие… Такие как ты. Ты способна при желании шёпотом заткнуть гудящую толпу. Такая мощь мне нравится. Я много девушек повидал, но так и не нашёл ту самую,– он усмехнулся и посмотрел мне в глаза.
– Ч-что?!– я потеряла дар речи. Я нравлюсь Ван Ли Сангу?! Как?! Во дела… Лишь бы Стеф не узнала. Конечно, то, что сказал про неё Ли, с самого начала правда, но она не заслуживает разбитого сердца. К тому же, она 100% неправильно поймёт и решит, что я увела у неё краша… Я же этого не хочу! Я вернула себе прежнее самообладание и сказала:
– Прости, Ли, но Стеф не заслуживает такого. Для меня ты накрепко засел во френдзоне… Прости…– И я ушла, искренне расстроенная таким признанием. А в подсознании тут же всплыл образ сероглазого брюнета, поведение которого меня бесило, пугало, вводило в недоумение… Проклятый Сорокин!
Глава 9. А во лбу узор горит…
-Итак, молодёжь, вы должны уметь не только атаковать, но и правильно защищаться,– важно сказал Отатта.– Вы должны учиться бороться даже с теми силами, которые… Хм… Сильнее ваших. Значит так, Стефани Веллерс – Адам Косентино, Ван Ли Санг – Валерия Нечаенко. Становитесь парами друг напротив друга. Первыми атакуют… Ну, пусть будут дамы. Стефани, Валерия, нападайте. Задача юнош – использовать свои способности, чтобы остановить атаку, и, при возможности, отразить. Вы сможете. Вам всего лишь надо представить щит, окружающий вас. Начинайте!
Я призвала всё своё мастерство и как следует обдала огнём Ли. Пламя разлетелось в разные стороны, но ухватило кусочек его толстовки. Ли в ужасе принялся его тушить. Я побледнела, но Отатта одобрительно кивнул мне и обернулся к Ли:
– Валерия вас пожалела, Ли Санг. Для ваших способностей нет границы, сосредоточьтесь. Меняемся! Теперь нападают юноши! Я пойду, кое-какие дела сотворю, вы пока тренеруйтесь. Стефани, потушите их, если что-то пойдёт не так. Если вы будете всё правильно делать, на лбу, между бровями у вас появится ещё одна метка. Если не выйдет сегодня, не отчаивайтесь, но вы должны прийти к этому ближайшие два занятия. Удачи!
Отатта ушёл. Ли посмотрел на меня и опустил руки:
– Я не могу напасть на девушку. Тем более на тебя…
Я смерила его иронично-грустным взглядом и обдала волной пламени. Защититься он не успел. Щелчком я заставила языки пламени на его одежде потухнуть и опять атаковала. Бедный Ли пятился назад, и как только он упал на землю, и я приготовилась ударить его огненным хлыстом, между нами возникла Стеф с водяным хлыстом. Я замешкалась, и она ударила меня по лицу. Я почувствовала, что лечу, и в глазах всё померкло. Когда я очнулась, то обнаружила над собой напуганного Ли, который, как оказалось, крепко сжимал мою ладонь. Тут же был Адам, промакивавший мне глубокую царапину на лице чем-то шипящим… Перекисью наверное… И Стеф со следом пощёчины в районе скулы, всю в слезах. На её лбу, ближе к переносице, красовался витиеватый синий узор, слегка мерцавший голубым сиянием. Трещины того же цвета исполосовали всё её лицо, но, как ни странно, это было красиво.