– «Стеф, хватит, хватит! Нельзя думать об этом, тебя все слышат! Ой!» Стефани пропала. Как мы ни пытались мысленно воззвать к ней, напрасно – ни словечка в ответ. Мы открыли глаза. Она стояла, густо покраснев и опустив глаза на землю.
– Полагаю, мисс Веллерс сболтнула лишнего?– спросил Отатта. Она удручённо кивнула.
– Ничего, бывает. Из-за этого вы теперь должны научиться блокировать свои воспоминания и мысли. Для этого сосредоточьтесь на конкретной мысли. Пока не берёмся за руки. Ну, подумайте сейчас о чём-нибудь. Теперь мысленно представьте, как это воспоминание или мысль становятся картиной и прозрачнеют, и прозрачнеют… Пока совсем не пропадут. Пока вы будете думать о прозрачности мысли, никто никак и никогда не сможет её прочесть. Теперь беритесь за руки и скрывайте друг от друга мысли. Потом каждый из вас скажет, что он видел в мыслях у другого человека. Приступайте!
Мы взялись за руки. Я вспомнила, как приняла манекен за трупа и стала делать воспоминание прозрачнее и прозрачнее… Потом вместо него осталась белая пелена. Я переключилась на мысли других. Сквозь пелену Адама я увидела смутный силуэт стройной девушки. В эту же секунду он пропал. Белая призрачная завеса. В пелене Санга я рассмотрела огромный горящий особняк. Он не был скрыт почти вообще. А в мыслях Стеф я наткнулась на белую плотную стену. Нет, это была вовсе не завеса, как у нас, а именно белая кирпичная стена. Я воззвала к остальным:
– «Вы видите, что у Стефани?»
– «Да…» – отозвался Адам. – «Ли, мы видим твоё воспоминание. Загляни к Стеф, у неё стена. Попробуй так же…»
– Время!– гаркнул Отатта. – Адам, что ты увидел у остальных?
– У Ли я увидел сквозь то-о-оненькую зановесочку горящий особняк, у Леры – густой туман, а у Стеф кирпичную стену.
– Молодец, мисс Веллерс! Остальных тоже поздравляю с успехом, но Ли стоит потренироваться. Кто скажет, что было у Адама?
– Я увидела силуэт девушки, но потом он пропал,– сказала я.
– Адам, тоже пару раз ещё повторите и…
Отатта удивлённо замолчал. Мы обернулись. Сзади нас, метрах в восьми, находился грязно-зелёный пульсирующий овал, от которого исходило болотного цвета свечение. Портал закрылся, и из него выпала девушка. Её ноги подвернулись, и она упала на четвереньки, откашливаясь кровью. Она была очень худая и высокая, с пепельно-серой кожей и непослушными чёрными волосами под каре. Отатта бросился к ниенке и спросил:
– Что произошло? Что ты здесь делаешь?!
– Кхе! Пап… Кхе-кхе! Они… Они схватили нас… Главарей. Восстание продолжает готовиться, мы на пике своей силы… Они хотели добиться рассекречивания нашей секты, схватив и пытая нас, но ничего не вышло… Кхе! Они… – из глаз девушки брызнули слёзы:
– Пап… Они убили… Убили дядю Вардана!..– девушка разревелась ещё больше:
– И ещё Саманту и Волью…
– Что ж, Эндина, Саманта всегда была самоотверженной, а Волья – безрассудным… Нельзя допустить, чтобы их смерть была напрасной.
– Но папа, Лилит, Райфолья и Лермен ещё там! Мне удалось сбежать, потому что я с ними в одиночку не справлюсь! Их же замучат до смерти!
– Я пойду и освобожу их. Ребят, позаботьтесь о моей дочери!– Отатта исчез в портале.
Эндину колотила мелкая дрожь. Из дома выскочила Зофалия:
– Эндина, девочка моя! Что случилось?! Лера, Стеф, принесите одеяло и чашку чая, живо!
– Зофа-а-а-алия-я-я-я!!!– девушка зарыдала ей в плечо.– Они убили Вардана, Саманту и Волью! Когда я сбежала, они бросили Райфолью и стали пытать Лилит! Я не знаю, чем их пытали, но Райфолья был сильно избит, весь в глубоких ранах и крови! Это… Было ужа-а-асно-о-о!!!
– Ну-ну-ну! Тщ-щ-щ-щ! Всё образуется. Где Отатта?
– Он отправился спасать остальных,– сказал Ли.
– Ох, Фресы, все вы такие самоотверженные… Ну, детка, мы победим. Мы отомстим этим сволочам за всё, что они с нами творили. А… Получается, восстание повержено?!
– Слава Ораку, нет! Они пытались измучить нас так, чтобы мы выдали, где наш штаб. Но нет… Первой на наших глазах пытали Саманту… Господи, что они с ней творили!..– Эндина вновь окунулась в рыдания. Зофалия сморщилась:
– Чт-то же-е?
– Прикова-а-али к стене и… – девушка уже задыхалась от слёз.– Сдирали кожу! А ей было всего четы-ы-ырнадца-а-ать!!!– она что есть силы закричала… Мы со Стеф вернулись как раз к этому моменту. Мы почти осязаемо почувствовали эту боль, страх и жажду мести. Сколько же ужасного и по-настоящему страшного было в этом крике! Зофалия тоже заплакала. Мы впервые видели в слезах эту обычно добрую и улыбчивую ниенку. Портал вновь открылся, и оттуда вылетели ещё двое ниенцев, одна землянка и Отатта. Последний моментально закрыл портал. Зофалия приказала мне остаться с Эндиной и землянкой, а сама бросилась к ниенцам. Как я расслышала потом её слова, молодой лохматый ниенец был Райфольей Доста, а второй – постарше – Лерменом Друзерсом. Эндина перекинула одеяло на плечи землянки и спросила: