Камнем любовь залегла
Ветер морской
Паруса раздул,
Возле берега
Чайками мчал.
Прощай ты, персидский
Султан Абдул,
Да запомни
Сермяжий причал.
Ветер морской
Паруса вскрылил.
Залетным вином
Разлились разговоры.
Лихо неслись
По волнам корабли
Домой –
В Жигулевские горы.
А на ковре атаманском,
На тегеранском ковре,
На заре,
Шею Степана обвив,
Пела Мейран о любви:
«Ай,
Хяль бура бен,
Аббас,
Селям,
Джам-аманай,
Джам-аманай.
Ай,
Пестритесь, ковры, –
Моя Персия.
Ай,
Чернитесь, брови мои,
Губы-кораллы,
Чарн-чаллы.
Ай,
Падайте на тахту
С ног, браслеты.
Я ищу –
Где ты?
Ай,
Золотая, звездная
Персия.
Кальяном душистым
Опьянялась душа,
Под одеялом шурша.
Ай,
В полумесяце жгучая
Моя вера – Коран.
Я вся –
Змея гремучая, –
Твоя Мейран.
Ай,
Все пройдет,
Все умрут.
С знойно-голых ног
Сами спадут
Бирюза, изумруд.
Ай,
Ночь –
В синем разливная,
А в сердце ало вино.
Грудь моя – спелая, дивная.
Я вся –
Раскрыто окно.
Ай,
Мой Зарем,
Мой гарем,
Моя Персия».
Слушал Степан
Зачаруйный дурман,
Слушал Степан
Эту песню Мейран,
Слушал, как пьян
От любви, атаман.
Хмурился:
Персиянка
Хвалена –
Любовница
Смелая.
Две любви:
Мейран
да
Алена, –
Лебедь черная,
Лебедь белая.
Не много ль любви?
Алена – донская,
А эта – заморская.
Не много ль любви?
Да и след ли –
Атаману
В тумане бродить?
Будто глаза
Ослепли
И камнем любовь
Залегла в груди.
Будто впрямь
Потерял высоту, –
Заблудился
На склоне осиновом
Да запел:
«Не живать мне в саду,
Не бывать в апельсиновом».
Волга для вольницы
Счастьем течет, –
Отцу Тимофеичу
Знатный почет:
От края до края
Холопская голь
Власть свою правит
По Волге в раздоль.
Победы разгулом –
Весельями дразнятся,
Да только огулом
Ругаются разницы:
«А ну ее к рожну
Персидскую княжну!
В Волгу дунь ее,
Колдунью.
Не до баб нам, атаман,
Когда с войском караван
От царя идет в заимку.
А ты с бабой спишь в обнимку.
Слышь?
Дунь!
Кинь!
Брось!
А то
сердце
с нами
врозь.
Брось!»