1956
Лес осенью
Словно касса без кассира,Всем открыт осенний лес.Простодушно и красивоЛистья падают с древес.
Он за легкие минуты,За период голубойПлатит чистою валютой,Воздает самим собой.
Не советуясь со мною,Сыплет листья наугадИ не знает, что весноюБудет сызнова богат.
1958
Лилия
Водяная лилия цвететНа краю озерного протока.Ничего не помнит и не ждет,Счастлива она и одинока.
Не задень веслом ее, не тронь,Не тянись к ней жадными руками,Может, завтра полыхнет огоньНад ее живыми лепестками.
Связанный с ней тайною судьбой,В трудные и горькие мгновеньяВсе цветы, что сорваны тобой,Позабудешь ты без сожаленья.
В миг, когда смертельна тишина,В миг, когда кончаются патроны,Вспомнится тебе она одна, —Лилия, которой ты не тронул.
1969
Щука
Во тьму, на дно речного омута,Где щука старая живёт,Засасывает листьев золотоЗадумчивый водоворот.
Плывут всё новые и новыеИ погружаются на дно,Берёзовые ли, кленовые —Водовороту всё равно.
А ночь осенняя, пустыннаяПриходит, — и из трав густыхСо дна всплывает щука длинная,Вся в листьях ржаво-золотых.
Ей снова молодость мерещится.Она, пьянея тишиной,Как рыжая русалка, плещетсяПод фосфорической луной.
Звезды падают с неба…
Звезды падают с небаК миллиону миллион.Сколько неба и снегаУ Ростральных колонн!
Всюду бело и пусто,Снегом все замело,И так весело-грустно,Так просторно-светло.
Спят снежинки на рострах,На пожухлой траве,А родные их сестрыТонут в черной Неве.
Жизнь свежей и опрятней,И чиста, и светла —И еще непонятней,Чем до снега была.
1970
Вьюга
Екатерине Григорьевой
Кто-то лапкой скребется в окошко,Кто-то плачет за нашим окном, —Как озябшая белая кошка,Вьюга жалобно просится в дом.
Голосок ее тонок и грустен.Пожалеем ее, хоть на часДверь откроем и в комнату впустим, —Пусть погреется вьюга у нас.
1959
После метели
До утра метель металась,В стены билась, в купола.Не нашла пути, осталась,Всем нам под ноги легла.
Белый снег лежит навалом,Все кругом белым-бело.Набережную каналаБелизной заволокло.
Белый отсвет на колоннах,Радужные огоньки.И лежат на все балконахБелые пуховики.
Стихи Природы
Окрестность думает стихами,Но мы не разбираем слов.То нарастает, то стихаетШальная ритмика ветров.
Неся дожди на берег дымный,В раструбы раковин трубя,Моря себе слагают гимны —И сами слушают себя.
И скачут горные потокиПо выступам и валунам,Твердя прерывистые строки,—Но только грохот слышен нам.
Лишь в день прощанья, в час ухода,В миг расставальной тишиныНе шумы, а стихи природы,Быть может, каждому слышны.
В них сплетены и гром и шорохВ словесную живую нить,—В те строки тайные, которыхНам негде будет разгласить.
1962
Письмена
В этом парке стоит тишина,Но чернеют на фоне закатаВетки голые — как письмена,Как невнятная скоропись чья-то.
Осень листья с ветвей убрала,Но в своем доброхотстве великомВместо лиственной речи далаЭту письменность кленам и липам.
Только с нами нарушена связь,И от нашего разума скрыто,Что таит эта древняя вязьЗашифрованного алфавита.
Может, осень, как скорбная мать,Шлет кому-то слова утешений,—Лишь тому их дано понимать,Кто листвы не услышит весенней.