Такой нежданной чести удостоен,С поклоном чашу принял старый воин,Но не пригубил. Сердцем неспокоен,Он вниз, на луг, невольно бросил взгляд,Где наклонилась, жаждою влекома,Над каменною чашей водоёмаУсталая толпа его солдат.
Не с ними ли в походе дальнем пил онГнилую воду, смешанную с илом?Не с ними ли пред смертью равен был он?Теперь один за всех в почёте он.Он с войском шёл по вражескому следу —И вот не с войском делит он победу,От войска он победой отделён!
И что-то в сердце тайно всколыхнулось,И что-то, в нём дремавшее, проснулось,И Справедливость поздняя коснуласьЕго своим невидимым крылом, —Минуя царедворцев и министров,Сошёл он вниз решительно и быстро,И выплеснул он чашу в водоём.
* * *
Тот царь забыт. О давнем том походеЛишь в книгах мы подробности находим,Но песнь о старом воине в народеЗвучит ещё и в наши времена.А в водоёме всё вода струится,И, говорят, доныне в ней хранитсяТончайший привкус древнего вина.1960
Ворота в пустыне
Синеют древние письменаНа изразцах колонн.«Ворота счастья» — надпись данаНа арке с двух сторон.
По эту сторону и по ту —Горькие солонцы,По эту сторону и по туСтроит мираж дворцы.
Путник, дойдя до этих ворот,Надеждой давней томим,Войдет в них, выйдет, мир обойдет —И снова вернется к ним.
Он станет в их тень, в прохладную тьму,Взгрустнет о пути своем:«Где мое счастье, я не пойму:В грядущем или в былом?»
И снова он по кругу пойдет,Подавив усталости стон.А счастье — только в тени ворот,Но об этом не знает он.
1969
Космическая легенда
Расстрига, бездомный бродягаШагал по просторам Земли.Вдруг видит: хрустальная флягаМерцает в дорожной пыли.
Он поднял. Прочел на сосуде:«Здесь влага — волшебней вина,Бессмертно-счастливейшим будетЕе осушивший до дна».
В кусты он отбросил находку,Промолвив себе самому:— Добро б там вода или водка,А счастье такое — к чему?Коль смертны все люди на свете —Бессмертья не надобно мне…
И дальше побрел по планетеС надеждою наедине.В лохмотьях, в немыслимой рвани,Побрел он за счастьем своим.Всплакнули инопланетяне,Следившие тайно за ним.
Им стал по-семейному близокМудрец, не принявший даров, —И Землю внесли они в списокНеприкосновенных миров.
1981
Легенда о мертвых моряках Британии
На дне глубоком океана,Там, где безмолвствует вода,Не зная штормов и тумана,Лежат погибшие суда.
Забыв и вымпелы, и флаги,Они лежат, погребены,Как бы в стеклянном саркофаге,Под синей толщей глубины.
Без парусов в заплатах пестрыхТам спят, от пристаней вдали,С резными девами на рострахВеков прошедших корабли.
И рядом с ними, но сохранней,Лежат, как черная гора,Трансатлантических компанийЦельносварные стимера.
И мы б там встретили — впервыеВ нелепой близости такой —Линкоров башни броневыеИ струги вольницы морской.
И в той безжалостной могиле,На вечный мрак обречены,Твои, Британия, сыныЛежат. Живые их забыли.
Вкруг мертвых шелест вод холодных,И дна уступчатый изгиб,И плавники глубоководныхФлюоресцирующих рыб.
Спокойно мертвым. Сны не снятся,И явь не манит — все равноСудам их с якоря не сняться,Их держит илистое дно.
Спокойно мертвым. Ни страданья,Ни пенья птиц, ни желтых нив.Но раз в году, гласит преданье,Бывает праздник и для них.
Негоциант встает, зевая,Считая прибыль и товар,И, паклей руки отирая,Встает, ругаясь, кочегар.