– Эсми! – испуганно воскликнула Мария.
Женщина приложила ладонь ко рту и медленно покачала головой. Осуждение билось внутри с особой жестокостью.
– Может, стоит прикончить эту психичку? – скучающе прошептал Никки, на что Эрик смерил его продолжительным взглядом.
Эсми сосредоточилась на вмятине в двери, которую она оставила. Слабость вновь стало владыкой всех остальных ощущений. Информация последних дней захватила мозг и поселилась за ржавой решёткой мыслей.
Эрик будто чего-то ждал, следя за ситуацией, а затем взглянул на Марию и кивнул.
– Позвольте мне Вам показать, – вежливо попросил он Эсми и сделал несколько аккуратных шагов к ней.
Эсми настороженно подняла руку и также взглянула на Марию, как это сделал Хэммик. С ожидающим вопросом, плавающим на поверхности глаз. Она ожидала, что бабушка скажет, что это всё розыгрыш, просто спектакль, но этого не произошло. Она видела только неодобрение за свою силу.
Всё время, которое Эсми проводила рядом с родными последние два месяца, напоминало ад. В этом аду всё было серым, потому что про неё забыли. Забыли, что она дочь и внучка. Забыли, что она хочет понимания и любви, что не хочет видеть в родных глазах разочарование и осуждение.
Единственное, что Эсми бы хотела сейчас – понимание.
– Ты обещала мне, что выслушаешь этих людей, – с напором на прошлое желание пробурчала Мария и нервно потёрла руки.
Эсми тихо выдохнула и подошла ко второму жёсткому креслу, безразлично стоящему посередине помещения. Первое уже занял Эрик. Он несколько секунд изучал свой карман, и когда рука, облачённая в чёрную перчатку, нашла предмет, немного прикрыл глаза от облегчения.
– Скажу честно, может быть неприятно в области сердца. Я не могу точно сказать, что Вы увидите, но если станет плохо, сразу сожмите мою руку, – ледяное умиротворение вибрациями выжигалось в воздухе голосом мужчины.
– Если кто-то из вас решит навредить мне или моей бабушке, вам очень крупно не повезёт, – сказала Эсми.
Она пыталась говорить также спокойно, как Эрик, но скачущее напряжение колебало голосовые связки. Оно с детским высоким смехом дёргало за нервы.
Никки ухмыльнулся на фразу девушки.
Он часто наблюдал за тем, как меняются эмоции новичков в момент осознанности их силы. Как их глаза становятся немного ярче от видений прошлого, а губы сжимаются в плотную линию от неприятного осадка реальности.
– Мне хватит секунды, чтобы обездвижить тебя, – гордо заявил Никки, его бровь дёрнулась в знаке вызова.
Эсми это не нравилось. Не нравилась ситуация, что приходится доверять незнакомцам.
«Они могут быть теми существами» – нашёптывали стервятники.
Несмотря на все негативные эмоции, завязавшие тугой узел глубоко под рёбрами, жар не рвался помочь Эсми. Он сопротивлялся, будто пытаясь слиться с энергией этих людей.
Эсми неимоверно раздражал один факт, но он был – она чувствовала, как от этих людей исходят приятные тёмные энергетические волны. Никки создавал скорость движения этих волн, а Эрик направлял их.
– Протяните свою правую руку ближе к моей руке, – прозвучал голос Эрика, пока он доставал из кармана амулет.
Амулет красиво блестело в свете люстры. Большой зелёный камень, захвативший почти весь размер украшения, забрал дыхание Эсми. Она не могла оторвать взгляда от прекрасного создания рук неизвестного ей творца.
Чувство чего-то родного вновь волнами окатило её.
Мурашки роем пробежались по спине.
Эрик коснулся ладони девушки, на что она заторможено дёрнулась.