И задача заключается в том, чтобы человек именно в своей интегральности предстал без остатка во всем многообразии индивидов.
Значит, надо «вычистить» общественную сущность человека изнутри ее. Опираясь на деятельность, общение, творчество, освободить общественные отношения от персонификаций, преодолеть в них отчуждение человека, остановить падение духовности. То есть довести саму общественную сущность человека до строя диалектических противоречий. А точнее, даже не до строя противоречий, а до установления основного противоречия (единства, стягивающего все многообразие), где «возвышающиеся» над ним противоречия разрешаются в него как в свое основание и тем самым реализуются в форме отношений разных индивидов.
Становление человека в многообразии индивидов не может обойтись и без обратного движения от существования к сущности, без подъема индивидов в их одновременном многообразии на уровень сущности, в результате чего она деперсонифицируется, преодолевается в отчуждении, бездуховности. Одним словом, происходит блокада сущности как «третьего» между индивидами. И в целом осуществляется движение субъектов к единой субстанции, вплоть до взаимопроникновения их в ней.
1.2. Переход сущности в существования должен быть не редукцией, а обогащением ее, не распадом общественных связей, а развитием их. Если в подъеме существований до сущности происходит взаимопроникновение индивидов, то это дает и углубление в бытии и возвышение в духе человека. Прежний порядок в сущности должен быть снят. И не главное ли здесь одухотворение (при соответствующей проблематизации) человека в сущности? Что еще может означать взаимопроникновение индивидов, кроме как развития духовного единства (мира) человека? Поэтому (вытекающая из общественной сущности) социальная активность индивидов (в различных видах) и оборачивается в сущности общим подъемом в духе человека. И это нужно улавливать одновременно с теми переменами в политике, экономике, культуре, которые происходят на глазах. Что может придти и должно придти на место отчужденных отношений? В конечном счете, духовное единство человека. Так что сущность в ее центробежных устремлениях не распадается на атомы-индивиды, а центростремительно оборачивается духовным единством человека.
Причем в том и другом случаях движение идет в общественных отношениях. Но в их рамках центробежные силы реализуются в (складывающихся) социальных отношениях, через них начинают действовать слои, группы, классы, нации. А центростремительные силы действуют в общении становящихся индивидуальностей. Через творчество они опосредуются. Круг, таким образом, замыкается на творчестве. В одухотворении своей сущности человек выходит на творчество. А фокусом всего этого предстает дух человека.
Но здесь есть и определенная ритмика. Сущность человека всегда устремлена к своему воплощению в существовании индивидов. А если этому препятствует отчужденная социальность, то возникает духовный вакуум в человеке и односторонность в бытии индивидов. То есть необходимость политических изменений в обществе, в ходе которых перестраиваются общественные отношения, всегда бывает уже предуготовлена как возможность в духовной жизни. Все начинается с человека и им же кончается.
Главное, что многомерность общественного прогресса, которая задается интегральностью человека, не есть распад общественной сущности человека на отдельные существования его, но не есть и просто ее утверждение, а осуществляется диалектически как становление его духовного единства (в самой сущности).
И, видимо, смещения, переводы (углубления) в противоречиях в сущности человека ритмически осуществляются вслед за взрывами активности народных масс. Тем более, что именно они — субъект истории, а сущность человека нельзя гипостазировать. Вне существования она превращается в идол человека. Чем активнее народные массы, тем глубже становятся противоречия в сущности человека, тем шире горизонт его духовных устремлений.
Собственно, при этом сущность все глубже погружается в само существование индивидов. Возвышающее человека одухотворение осуществляется вместе с углублением противоречий, оно происходит лишь на базе совпадения сущности и существования. А это и есть реально-идеальное в общественной жизни; такая сущность, в которую вовлечено реальное бытие индивидов или которая (как идеальная тотальность) содержит в себе внутреннего человека, пределы которого через общественные отношения выходят на пределы целой эпохи.