В итоге у меня двигался просто рот. И когда он заорал третий раз, я был не то что в панике, но мне это всё абсолютно перестало нравиться. А потом он меня убил. И поэтому мне срочно требовалось решение этой проблемы.
— Ворчунья, поможешь?
— Нужная информация в базе данных отсутствует, — пробурчала она.
— Ясно. Имеет смысл пообщаться с местной Системой.
Шарик тут же покачал головой. Да-да, шарик научился качать головой. Если представить, что сам этот шарик — это голова. И он подёргался влево-вправо. Такие себе кодовые сигналы на случай неожиданных переговоров. Это значило, что Ворчунья даёт мне совет от души. Совет или ответ на вопрос, при этом не палясь перед своей родной Системой.
Я понял, что помощи не будет, уселся в позе мыслителя, и начал размышлять. Через полчаса мне захотелось есть. Потом немножко походил, потом залез под душ. Решил несколько раз отжаться. Попутно подумал, что сначала надо было физ. нагрузку, а потом в душ. Но неожиданно это помогло. Не зря говорят, что движение — жизнь. А я бы добавил к этому, что не только жизнь, но и нормальный разум.
Короче, в голове у меня щёлкнуло предположение, и прежде, чем я успел его оформить, поскакал к Белатрисс.
— Дорогая, нужна твоя помощь.
— Что тебе ещё? — огрызнулась гоблинша, мастеря что-то у себя на верстаке.
— Мне нужно вытащить осколок меча из реактора. Но вытащить так, чтоб его потом обратно можно было поставить.
— А для чего? — тут же заинтересовал Белатрисс. Скрывать мне от своей преданной гоблинши было нечего, и я ей рассказал свой гениальный план.
— Ну да, звучит логично, — сказала гоблинша.
— То есть ты считаешь, что я прав? — тут же навострил уши я.
— Я ничего не считаю. Я просто говорю, что это логично.
Мы зашли в большой зал реакторной, и меня снова накрыли шум и гвалт связанных добытчиков, явно пытавшихся так или иначе получить себе отсрочку. Стало их, кстати, гораздо меньше. Новых поступлений пока не было, а старые рассасывались.
Белатрисс достала свой гаечный ключ и начала что-то шерудить. Свет погас, лифт застрял, потом снова поехал, потом свет опять включился.
Но вроде всё как снова всё в порядке. А гоблинша протянула мне добытый кусок меча, от которого разило такой энергией, что аж дух захватывало. Про себя я подумал, что, возможно, хорошая идея была бы просто положить его к себе в рюкзак и таскать его с собой везде, попутно прокачиваясь. Но, во-первых, мне нужен он был, как экспресс-доставка для добытчиков. Ну а, во-вторых, прибьют меня кто-то, непонятно, как осколок будет реагировать. Судя по всему, опция сохранности личных вещей на этот предмет не распространяется. А он слишком ценен, чтоб просто таскать его в кармане.
Неожиданно раздался громовой голос из угла.
— Да что ж такое творится, боженьки! Подземелье грабят! Да как так-то, кормилец ты наш! Что же ты делаешь с нами убогими⁈
Я с удивлением посмотрел на розовое облако, которое, несмотря на свои размеры, очень быстро ко мне бежало. Это была Марта. Надо добавить — вусмерть перепуганная Марта. Добежав до меня, она рухнула своими телесами на землю и поползла на коленках, пытаясь обхватить меня за ногу.
— Не покидай нас, Властелин! Пропадут без тебя детки твои маленькие! Что мне сделать, чтобы ты поменял своё решение? Хочешь, я переступлю через себя и выйду за тебя замуж⁈
За весь её спич моя челюсть опускалась всё ниже и ниже. И в какой-то момент я буквально услышал громкий стук, с которым она упала и ударилась об каменный пол.
— Что за спектакль ты устроила, подруга⁈ — удивился я, глядя на матриарха.
Та подняла заплаканные глаза и заголосила по новой.
— Так, стоп! Молчать! — быстро сказал я. — Ещё раз повторяю. Ты что себе удумала?
— Ну так ты ж покидаешь нас, Властелин! Раз забрал осколок меча, навсегда покидаешь!
— Вот ты дура! — облегчённо вздохнул я. — Никуда я вас не покидаю. Осколок мне нужен так, на время погонять.
— То есть ты от нас никуда не уходишь? — слёзы Марты тут же высохли.
— Нет, не ухожу, сказал же.
Она встала, отряхнула своё розовенькое платьишко и посмотрела на меня уже с некоторой претензией:
— А зачем ты тогда забираешь осколок? Он же мне нужен, чтобы качать себя и своё племя.