— Блэй, да плевать, — мрачно сказал Куин, описав рукой круг у своего лица. — Этот дефект — вся моя жизнь, и тебе это известно. Изъян, которым меня попрекали в родительском доме, — это все, что я знал в своей гребаной жизни. Меня лишили всего…
— И что, ты в курсе моего мнения по этому поводу.
Когда их взгляды пересеклись, Куин просто покачал головой.
— Ты ведешь себя так же паршиво, как и мой отец, ты в курсе? В точности.
Блэй направил на парня сигарету.
— А вот за это пошел на хрен. Я серьезно.
Куин долго и напряженно смотрел на него. А потом сказал:
— Что происходит с нами? То есть, ну правда, ты хочешь, чтобы мы расстались? Хочешь вернуться к Сэкстону или трахаться с кем-то другим? Жить так же, как раньше жил я? Поэтому так поступаешь?
— Так поступаю… чего?! Хочешь сказать, что я использую свою позицию в качестве повода для разрыва? Наверное, даже считаешь, что это импровизированная трибуна, с которой я пытаюсь навязать свое мнение? Ты действительно веришь, что я тут играю? — Блэй тряхнул головой, когда от шока закружилась голова. — И нет, я не хочу быть как ты. Мы с тобой разные, всегда были.
— Поэтому мы сошлись. — Голос Куина звучал тихо. — Блэй, ты — мой дом. Всегда им был. Даже с появлением Лирик и Рэмпа в моей жизни, без тебя я ничто, и да, я могу истерить и беситься во время подобных разговоров, но во мне достаточно мужества, чтобы признать, что без тебя я — пустое место. — Он прокашлялся. — И, к твоему сведению, я буду сражаться за тебя, за нас, поэтому я спрошу еще раз. Чего это будет стоить? Крови? Потому что я пойду на все, чтобы вернуть тебя.
Когда Эссейл в очередной раз закричал, Блэй зажмурился, истощение опустилось на него, как саван.
— Да, конечно, пофиг, — пробормотал он. — Крови. Это будет стоить крови, доволен? А сейчас прошу меня извинить, я должен присмотреть за своей матерью.
— Я приеду завтра с малышами к твоим родителям.
— Меня там не будет.
— Это твое решение. И я его уважаю. Но я говорил серьезно. Чего бы это ни стоило, я докажу, что люблю тебя, что нуждаюсь в тебе и хочу тебя… и что эти дети — твои.
На этих словах Брат развернулся и пошел прочь по бетонному полу, с высоко поднятой головой, расправленными плечами и ровным шагом…
— Сын?
Вздрогнув, Блэй повернулся к отцу.
— Как она? Рентген уже сделали?
— Она зовет тебя. Доктор Манелло сказал, что может потребоваться операция.
Дерьмо.
— Хорошо. — Он приобнял отца. — Пошли, разберемся со всем…
— У вас с Куином все в порядке?
— Все радужно. Как в сказке, — ответил он, толкая дверь в смотровую. — Не о чем беспокоиться. Давай сосредоточимся на маме, хорошо?
Глава 43
Тро давно было известно о способах изготовления бомб из подручных материалов. Можно изготовить весьма мощную взрывчатку из вещей, которые найдутся в каждой кухне.
И хотя это была известная правда, он, спускаясь по лестнице особняка, принадлежавшего хеллрену его любовницы, был раздосадован общедоступным характером необходимых ему ингредиентов. Однако с книгой в руках и с ясным, целеустремленным разумом он сказал себе, что его вера будет вознаграждена, а цель достигнута.
Как бы убого это не выглядело.
С другой стороны, по крайней мере, сейчас он был сосредоточен.
Испытанное помутнение рассудка казалось невероятно странным, думал Тро, спустившись в фойе первого этажа, потрескивающий в камине огонь предлагал свет и тепло, хрустальные люстры над головой подмигивали, словно настоящие бриллианты, свисавшие с потолка. Помедлив, он заглянул в гостиную, одобряя шелковые диваны и люстры, портьеры на высоких узких окнах, цветá драгоценных камней были выбраны чьим-то метким взглядом и оплачены толстым кошельком.
В противоположной стороне огромного пространства, по традиции располагался кабинет главы дома, олицетворяя власть и принадлежность к высшему сословию: деревянная обшивка и книги в кожаных переплетах, широкий стол с кожаным блоттером и сочетающимся креслом, витражные окна… при виде этого великолепия в его груди разлилась горечь ностальгии. Столько лет прошло с того времени, когда он жил в подобных условиях, в каких лачугах он только не ночевал с тех пор. От той эпохи его также отделяла убогость и пошлость, смерть и кровь, животный секс.