— Правда?
— Да. У тебя на руках есть козырь, который нужно выложить на стол, образно выражаясь. Ты понимаешь, о чем я говорю. И помни, — Лэсситер приложил палец к губам, — ш-ш. Моя новая работа — наш секрет до дальнейшего распоряжения с моей стороны.
— О, ну разумеется…
— Чао!
С этими словами Лэсситер исчез, оставив за собой сноп искр… и в это мгновенье в дверном проеме показалась Кормия.
— Ну, как ваши успехи? — спросила Избранная.
А, он ушел, чтобы его не застукали, — подумала Лейла.
Встряхнувшись, она взяла себя в руки.
— О, все чудесно. Очень хорошо. Спасибо.
Избранная подошла к малышам.
— Привет, ребята. Вы просыпаетесь? О, привет-привет.
Лейла незаметно подошла и закрыла дверь шкафа, пряча принт под зебру… а потом попыталась изобразить улыбку, будто ничего такого, она просто мимо проходила.
— Они чудесно справились. Но я подстроила их день под нужный час. Позволь забрать мусор, и отправимся вниз.
Она подошла к вещевой сумке, в которую сложила использованные памперсы, и закинула ее на плечо. Потом подошла к кровати.
— Уверена, Куин будет счастлив увидеть их. Я знаю, что когда я… в общем, я рада, что ты пришла и поможешь перенести их. Спасибо.
Взгляд Кормии был полон печали, но ее голос звучал уверенно и с демонстративной радостью:
— Ну разумеется! Кого ты возьмешь?
— Рэмпа, ведь Лирик я брала по пути сюда. — Перекинув сумку за спину, Лейла обратилась к своему сыну: — Нужно в равной степени разделить мое время. Все по-честному.
Она посмотрела, как Кормия подняла Лирик. Не смогла удержаться. Не то, чтобы она считала, что Избранная не знала, что делает… дело в инстинкте мамэн.
В мамочкинах заморочках, как бы выразилась Бэт.
— Произошло что-нибудь интересное? — спросила Кормия, взяв Лирик на руки. — М-м? Что-нибудь новенькое?
— Нет, — пробормотала Лейла. — Совсем ничего.
***
— Работа, я получила рабооооооту…
Разговаривая сама с собой, Тэрэза стояла перед зеркалом, накладывая легкий макияж глаз и выпрямляя волосы утюжком. Она собиралась убрать волосы с лица, чтобы выглядеть более собранно, но сначала их нужно было успокоить, иначе создастся впечатление балетной пачки на затылке.
Забавно, она всегда считала, что унаследовала кудри от мамы. Как выяснилось, нет, мама тут ни при чем.
Выключив утюжок, Тэрэза еще раз убедилась, что не переборщила с тоном и румянами. Потом кивнула сама себе.
— Ты справишься.
Тэрэза уже собралась выключить свет, когда таракан пробежал перед покрытой пятнами ванной, и она едва не раздавила тварюгу ногой… а она была босиком. Фу, какая мерзость.
— Мне не терпится сбежать из этой помойки.
Она вышла в спальню/гостиную/кухню — на словах звучало лучше, чем оно было на самом деле… и взяла пальто, телефон, сумочку и, повинуясь мимолетному импульсу, схватила шарф. У двери она помедлила, моля Деву-Летописецу о защите.
Работа и дорога до работы тут ни при чем. Самое главное — преодолеть расстояние от лестницы до парадной двери и целой выбраться на улицу.
Печально осознавать, что на темной улице в неблагополучном районе было безопасней, чем в доме, в котором она жила.
Но, по крайней мере, Тэрэза выработала порядок действий по выходу из комнаты за те полторы недели, что прошли с тех пор, как она заехала сюда с чемоданом, рюкзаком и семьюстами долларами наличкой.
Во-первых, прижаться ухом к двери.
Закрыв глаза, она сконцентрировалась на том, что происходило в коридоре. Ничего подозрительного. Привычные крики, громкая музыка, приглушенный стук.
— Отлично! Сейчас шаг номер два.
Она сняла цепочку, откинула вертикальный фиксатор и сдвинула щеколду. Выскочила в коридор и быстро заперла дверь. Да, женщина-вампир была сильнее большинства человеческих мужчин. Но Тэрэза боялась, что на нее нападут с пистолетом. С ножом, она, может, и справится, но пуля…
Идеально. В самое, черт возьми, время.
Словно поджидая ее, наркоман, живущий напротив, одновременно с ней вышел из комнаты. По сравнению с ней, он более праздно и медленно выходил из комнаты, никуда не торопясь, потому что, во-первых, наверняка был под кайфом, и, во-вторых, из их непродолжительного взаимодействия у нее сложилось впечатление, что он в этом месте был главным.
И всегда смотрел на нее так, словно собирался сожрать.
Мерзкий тип.
Тэрэза мысленно приготовилась к сальным комплиментам, которые он всегда отпускал в ее сторону…
— Вот ведь срань! — воскликнул он, заметив ее.