— Не расскажешь, что, черт возьми, здесь происходит?!
Отшатнувшись, Куин застыл на полпути к столу, где он планировал собрать салфетки.
— Прости, что?
Блэй прислонился к раковине и скрестил руки на груди.
— Ты весь вечер избегаешь смотреть на нее. Не прикасаешься к ней. Что, черт возьми, происходит?
Покачав головой, Куин ответил:
— Прости, я не понимаю…
Блэй ткнул пальцем в сторону кресел.
— Лирик.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Брехня.
Блэй со злостью уставился на него, и Куин ощутил, как его истощение возвращается в десятикратном размере.
— Слушай, я не…
— Я знаю, что я — не их отец, но…
— Боже, опять. Только не это. — Запрокинув голову, Куин уставился на потолок. — Прошу, не начинай…
— … но я не стану молча смотреть на то, как ты игнорируешь свою дочь лишь потому, что она похожа на Лейлу, а ты ненавидишь Избранную. Куин, я не допущу этого. Это нечестно по отношению к твоей дочери.
Он чуть не ляпнул, что парню не понять, но вовремя сдержался. Он не пойдет этой дорогой.
Блэй указал на переноску.
— Лирик — хорошая девочка, и если ты не испоганишь следующие двадцать пять лет, то она вырастет в чудесную женщину. И плевать, что мое имя не значится в свидетельстве о рождении, и у меня нет никаких прав…
— Без обид, но с меня хватит. Я отказываюсь это выслушивать.
Когда Блэй прищурился так, будто у него вот-вот выбьет предохранители, Куин полез в сумку с памперсами и положил стопку бумаг на гранитную столешницу.
Толкнув их к парню, сказал:
— Я позаботился об этом.
— Что?
Медленно и шумно выдохнув, Куин обошел стол и устроил свой зад на стуле. Затеребив смятую салфетку, он кивнул на документы.
— Просто прочитай.
Блэй, очевидно, был настроен на спор, но что-то повлияло на него, может, выражение на лице Куина.
— Зачем? — требовательно спросил парень.
— Узнаешь.
Когда мужчина взял и развернул бумаги, Куин тщательно отслеживал эмоции на этом красивом, знакомом лице, подрагивания бровей, напряжение… и расслабление губ и челюсти, то, как чистый шок и неверие сменяет гнев.
— Что ты натворил? — выдохнул Блэй, наконец подняв взгляд от бумаг.
— Думаю, это очевидно.
Пока Блэй перечитывал документы, Куин уставился на переноски, на малышей в них, две пары сонливых глаз.
— Я не могу позволить тебе это, — наконец сказал Блэй.
— Поздно. Внизу стоит печать Короля.
Обойдя стол, Блэй буквально рухнул на стул, на котором сидела его мать. — Это…
— Я передал тебе родительские права. Сейчас ты их отец по закону.
— Куин, ты не должен делать этого.
— Черта с два. Я отвечаю за свои слова. — Он указал на бумаги. — Я объявил себя некомпетентным… и, вот неожиданность, раз я устроил стрельбу в детской спальне, то никто не стал со мной спорить. Сэкстон изучил законодательную базу, потом мы отнесли бумаги Королю, и он поставил свою визу.
Нехотя, разумеется. Но что оставалось Рофу? Особенно когда Куин объяснил цель этого мероприятия.
— Не могу поверить… — Блэй снова покачал головой. — Что Лейла сказала на это?
— Ничего. Это ее не касается.
— Она — их мамэн.
— А ты теперь их отец. Расскажи сам, если хочешь, можешь и не рассказывать. Мне все равно. — Когда Блэй нахмурился, Куин отшвырнул салфетку и подался вперед. — Слушай, я всегда буду их отцом. В их венах течет моя кровь, никто этого не отнимет. Я не отказываюсь от своего отцовства, и я всегда буду в их жизнях. Что я делаю — это закрепляю твои права. Когда я слетел с катушек в той гребаной спальне? Это было на эмоциях. — Он снова указал на документы. — Вот это — реальность.
Блэй уставился на бумаги.
— Я не верю, что ты на самом деле сделал это.
Куин поднялся на ноги и начал застегивать детей. Сначала Рэмпа. Потом перешел к Лирик, пытаясь действовать быстро. И не смотреть на ее лицо.
Беспокойное чувство прокатилось по его телу, но Куин отмахнулся от него.
— Завтра ночью я должен отдать их Лейле. Я буду на дежурстве, ты тоже… я смотрел расписание. Если ты не решишь изменить график, то увидимся завтра в особняке перед тем, как все разойдутся.
Он помедлил перед тем, как взять переноски.
— Если, конечно, ты не хочешь поехать со мной сейчас.
Блэй покачал головой, и Куин не удивился.
— Ладно, надеюсь, увидимся завтра. Приходи пораньше, если хочешь побыть со своими детьми до того, как Лейла заберет их.
Но он не был настолько глуп, чтобы не понимать: Блэй вряд ли захочет увидеть его.
Быстро подхватив двойняшек, Куин отвернулся и направился к парадной двери. В коридоре он молился, чтобы на Блэя снизошло озарение, и он бросился к ним, из кухни в переднюю часть дома.