— Только с тобой, — прошептал он и наклонился, прижавшись к ее губам в поцелуе. — Я мог бы быть только с тобой.
Она одарила его душевной, открытой, простодушной и понимающей улыбкой.
— Как удачно совпало, что я чувствую к тебе то же самое.
Тор углубил поцелуй, но потом разорвал контакт… и Осень поняла, почему он это сделал, как всегда понимала его: он не мог быть с ней в этот вечер, в этот день. До полуночи. Тогда закончится день, в который родилась Велси.
— Не знаю, где бы я был без тебя. — Тор покачал головой, вспоминая, в каком состоянии отправился в пещеру, чтобы убить Кора. — То есть…
Когда Осень разгладила морщинку между его бровей, он еще больше углубился в прошлое, вспоминая, как Лэсситер появился посреди леса с пакетом из «МакДональдса» в руках и стойким намерением вернуть Тора его братьям. Падший ангел отказывался слушать его доводы — так было с самого первого дня — и они вдвоем доковыляли до особняка.
Тор тогда был при смерти, выживая на оленьей крови все то время, что скитался в лесах. Он пытался убить себя, заморив голодом, потому что не желал испытывать на себе байку о том, что самоубийц не пускают в Забвение.
Его протухшие мозги решили, что голодная смерть не считается, он же не пустил себе пулю в лоб.
Но его судьба оказалась иной. И его спасение заключалось не в том, чтобы просто вернуться в особняк Братства за ручку с Лэсситером.
Нет, своим спасением он обязан этой женщине. Именно Осень помогла ему выбраться из ада. С ее появлением перспективы его дальнейшей жизни на Земле изменились кардинальным образом, и хотя периодически у Тормента случались плохие ночи, вроде этой… бывали ведь и хорошие.
Он сосредоточился на своей женщине.
— Твоя любовь изменила меня.
Боже, Лэсситер словно изначально знал, чем все закончится, был уверен, что пришло время Тору вернуться и воскреснуть…
Тор нахмурился, ощутив перемену в своей женщине.
— Осень? Что случилось?
— Прости. Я просто беспокоюсь… что будет с Лейлой?
Прежде чем он успел ответить, дверь в их спальню загрохотала от стука… и подобная настойчивость могла значить только одно: мобилизация всех сил.
Шайка Ублюдков решила напасть?
Тор нежно передвинул свою женщину, а потом вскочил с кровати, прихватив ножны с кинжалами.
— Что стряслось? — крикнул он. — Куда мы?
Дверь резко распахнулась, и на пороге появился растрепанный Фьюри.
— Куин в Гробнице, один на один с Кором.
Тор застыл на мгновение, сложил в уме дважды два и пришел к выводу, что у него отобрали право собственноручно убить ублюдка.
— Проклятье, он мой, Куин не…
— Ты останешься здесь. Нужно, чтобы кто-то был с Рофом. Все остальные отправляются туда.
Усаженный на скамейку запасных, Тор стиснул зубы, но едва ли сильно удивился такому раскладу. А охрану Короля нельзя назвать понижением в должности.
— Держите меня в курсе событий?
— Обязательно.
Выругавшись, брат развернулся и ушел вместе с остальными, присоединяясь к стаду ботинок, с топотом пробежавших по коридору со статуями.
— Иди, — сказала ему Осень. — Найди Рофа. Так ты почувствуешь свою полезность и значимость.
Он оглянулся.
— Ты хорошо меня знаешь.
Его прекрасная супруга покачала светловолосой головой.
— Некоторые твои тайны до сих пор пленяют меня.
Ощутив неожиданную похоть в крови, Тор тихо заурчал.
— Полночь, женщина. И ты моя.
Ее улыбка была древней, как сама раса, и свидетельствовала о такой же выносливости.
— Жду с нетерпением.
Мгновенье спустя Тор вышел в коридор… чувствуя себя наказанным, запертым в спальне ребенком, несмотря на огромные размеры особняка. Но когда он дошел до открытой двери в кабинет Рофа, Король едва не переехал его.
— …чушь собачья, я ухожу! — Роф закрыл двойные двери за собой и направился к парадной лестнице. — Черт подери, я Брат, я имею право там находиться…
— Мой господин, вам нельзя в Гробницу.
Когда Джордж, пес-поводырь Короля, заскулил, запертый в кабинете, последний чистокровный вампир на планете уже спускался по лестнице.
— Роф. — Тор бежал вслед за ним, но особо не парился с громкостью своего голоса. — Прекрати. Стой. Хватит.
Да, он был также убедителен, как придурок с сигнальными флагами и двумя сломанными руками: он не встал на пути своего правителя. Не схватил парня, не попытался удержать Короля на месте. И он, в конечном счете, не помешает своему правителю отправиться в Гробницу. Туда, где был Куин.
Туда, где был Кор.
Потому что, алло, раз он охранял Короля, значит должен повсюду следовать за парнем, верно? А если по чистой случайности он отправится туда, где находился этот Ублюдок? Ну, вины Тора здесь нет. И учитывая настроение Рофа? Все доводы о необходимости остаться в особняке будут лишь пустой тратой времени. Король был крайне рационален… не считая тех моментов, когда отключал всякую логику. И когда этот черноволосый сукин сын в очках решал что-то сделать или чего-то не делать, то никто и ни за что не заставит ублюдка изменить свое решение.