Глава 9
Когда я вернулся в комнату из ванны, Эллы уже не было. Внимательно осмотревшись, я заметил на столе сложенный вдвое листок бумаги. Когда лист был развернут, моим глазам предстали слова, составленные из чудесных букв, написанных ее рукой. Это была записка от Эллы: «Мэтт, мне надо уйти по делам, но, надеюсь на скорую встречу. С любовь, твоя Элпида».
Грустно улыбнувшись, я отправился в гардеробную и взял первое, что попалось под руку. Это оказались черная майка и темно-коричневые шорты. Наспех нацепив на себя вещи, я подошел к зеркалу, расчесал волосы и, улыбнувшись своему отражению, направился к выходу из комнаты по пути схватив со стола телефон. Спускаясь с лестницы, я увидел Киру. Перепрыгнув на последних ступеньках через перила, я подбежал к ней и крепко обнял, чем заслужил незамедлительный подзатыльник.
- Ты зачем так пугаешь, а, Мэтью Льюис? – улыбнувшись, спросила Кира.
- Просто рад тебя видеть, - потерев ушибленное место, произнес я и улыбнулся в ответ, - что сегодня на ужин?
- Эй, - она рассмеялась, - какой настырный! Ты мою кухню не посещаешь уже который день! Так что я вот подумываю, а не наказать ли тебя, мальчишка?
- Наказать? Меня? – театрально удивился я, скрестив ладони на сердце, - умоляю! Не надо! Кира, я обещаю тебе сегодня съесть двойную порцию, идет?
Женщина кивнула в знак согласия. Ох, и любил же я ее. Но тут, словно гром средь ясного неба, из спальни вышли мать и ее любовник. Решив поскорее смыться, я извиняющимся взглядом посмотрел на Киру и убежал в прихожую. Наскоро надев кеды, я вышел из квартиры и громко хлопнул за собой дверью. Теперь оставалось встретиться с Селвином. Достав из карманы сотовый, я взглянул на часы. До захода солнца еще оставалось часа три, если я не ошибаюсь. Ну что ж. Заглянем в ближайший супермаркет.
***
Олкимос вновь стоял в зале Собраний и вновь просил дозволения найти Орфея. Страж считал, что притупил в себя гнев и жажду мести. Теперь он просто желал защитить свой народ. Взглянув в глаза Анджелосу, Олкимос заговорил:
- Глава Совета, позвольте мне вступить в этот бой. В эту войну. Да, мне передали ваши слова. Вы сами знаете, что война не терпит на поле боя слабых. Ей нужны сильные воины, так позвольте мне выступить против Орфея. Думаю, что больше никто не в силах его остановить, кроме меня и Вас. Но, я думаю, Вы желаете сразиться с более ярым противником. Это все, что я от Вас прошу.
В глазах Анджелоса отражалась неимоверная печаль, но, внимательно всмотревшись в Олкимоса, он произнес:
- Ступай, - глава Совета печально улыбнулся, - но для начала хочу тебе кое-что сказать. Присмотри за Элпидой сегодня вечером. Она следит за безопасностью Мэтью. Думаю, ты слышал, кто это, - Олкимос утвердительно кивнул, - Так вот. Селвин, его друг. Как ты знаешь, его Стража, Териса, убил Орфей. Как ты думаешь, мог ли он оставить мальчишку живым? Весь Совет сомневается в этом. Поэтому, прошу, присмотри за этим.
- Все будет сделано, Анджелос. Позволь мне идти.
- Подожди, - глава Совета подозвал к себе одного из Стражей и что-то прошептал.
Страж незамедлительно скрылся за дверью и буквально через минуту вновь предстал перед Анджелосом, держа что-то, обернутое тканью.
- Подойди ко мне, Олкимос, - воин медленно приблизился, - я хочу тебе вручить это, -он протянул сверток, - это оружие, которым пользовались враги наших предков. Нет, никаких возражений. Его очистили сами боги, даруя нам его, как последний шанс, чтобы выстоять. Но, как ты и говорил, война не любит слабых. И уж точно такое оружие никому, кроме тебя, доверить нельзя, иначе это будет неуважение по отношению к войне, - Анджелос ухмыльнулся, - прими его, и пусть оно принесет тебе удачу.
Аккуратно развернув ткань, Олкимос увидел акинак, меч персов, давних врагов Греции.* Поклонившись, возможно, в последний раз Анджелосу, Олкимос вышел из зала Собраний. Его ждал город, наполненный гневом Разрушителей и жаждой свободы Стражей. Он будет участвовать в этой войне, и никому из противников воли богов не выжить. Он пообещал это, и он это сделает.
*Акинак – меч персов, врагов греков. Его с трудом можно признать мечом. По большему счету самый обыкновенный, слегка изогнутый кинжал. Длины в нем меньше полуметра. (прим. автора)