Хотя бы можно будет заразить еще и ее грамотностью!.. Судя по ослиному упрямству, она станет ценным переносчиком этой болезни и еще неплохо послужит моему делу распространения азбуки на этом континенте.
— Хорошо! Сегодня и начнем. — с решительным видом, вдохновился и я, ее азартом, — Принеси мне бумагу из моих вещей и карандаш. И чай.
Потребовал я у нее, чтобы она не расслаблялась и не баловала. Понятия не имею откуда она брала чай, поскольку у меня его точно не было, а она выглядела слишком бедной, чтобы иметь такой напиток с собой, но откуда то и она, и ее бывшие соученики его доставали. И чай, кстати, был неплохой!..
— Да, мастер! — бросилась Диана бегом, даже не подумав одеться и пришлось ее тормозить и вразумлять.
Самому мне, естественно, можно было любоваться на ее попку и грудь, ведь я был ее учителем и это мне нужно было в образовательных целях, чтобы следить за ее ростом как ученика. А вот устраивать бесплатный стриптиз для остальных, я точно не планировал! Пусть платят — тут было за что!
После чего, нагрузка моей ученицы выросла в разы и теперь, ей приходилось не только выполнять новый комплекс упражнений и разучивать новые движения. Но и, в перерывах, заполнять прописи и повторять азбуку! Хотя ее это только еще больше вдохновило… Забавно, но и парни начали посматривать на корпящую за листами девушку с завистью, пока я опять устроился рядом с подлым сенсеем, перенимая его мошенническое кунг фу.
— Терпение — вот лучший учитель… — выдал новую сентенцию старикан, прихлебывая напиток.
— Сдавая деньги на шторы в классе — вы улучшаете здоровую среду своих детей и вкладываетесь в их будущее. — вторил ему я, сохраняя приличия и достоинство настоящего учителя-мошенника.
— Кракен! — внезапно заорали на носу и я было дернулся убегать, но увидев, что мой сенсей остался совершенно спокоен, тоже решил подождать и посмотреть — это нам с ним, типа нужно держать марку или он просто глухой как пень?..
Кракеном было головоногое, которое под воздействием маны вымахало размером с дом и могло как выпускать очень липкие чернила, так и передвигаться со сверхъестественной скоростью, будто на водной турбине. Убегать от него было бесполезно, если оно вас увидело раньше, чем вы его…
Хотя это был не особо серьезный противник, но и подвергать себя его первой атаке, когда он плевался чернилами — тоже не особо хотелось. Но я остался на палубе рядом с дедком, хоть и поглядывал одним глазком в сторону трюма…
Довольно скоро над бортом показались щупальца, а следом за ними на палубу ударила тугая струя черной жидкости, превратив нескольких матросов в живые тени… Теперь, до конца боя они останутся стоять на том же месте, куда их пришпандорило чернилами и, если бы бой прошел не в нашу пользу, они стали бы для кракена консервами — на будущее.
Причем струя прошла поверх нас с сенсеем, практически не нарушив нашего спокойствия — разве что я придушенно пискнул…
А затем, внезапно, старикан поднялся одним слитным неуловимым движением и рубанул воздух куском каната, словно мечом — срезав у бедного головоногого как минимум три щупки из восьми!.. Оказалось, что старик был не таким уж и мошенником!..
Я тоже вскочил и рубанул по еще одной щупке божественным мечом, который появился и сразу же после применения исчез, оставив большую часть щупальца на корабле, а остального кракена в воде, офигевающим от происходящего. Во время турнира мой новый меч все же испортился, получив значительный урон от последних атак того психа, поэтому я его продал еще в порту как металлолом и, теперь, опять шарился без меча у пояса, хоть и стал, как бы учителем мечницы. Но мне это, как и старику, ни капельки не мешало — ведь тот тоже ходил везде без меча.
За ботом раздалось кипение воды и какое то надтреснутое шипение, а потом корабль пошатнуло от ударившей в борт струи воды, пополам с чернилами, когда кракен начал убегать, превратившись в плоский коврик на мелководье и явно решив поискать более адекватную добычу, а мы с дедом сели на прежние места с невозмутимыми рожами, под офигевшими взглядами команды и подготовившихся к драке пассажиров. Я мог их понять! Шкура кракена была очень и очень прочной — губчатой и склонной скорее прогибаться под ударами, чем быть разрубленной — поэтому основным оружием против него был гарпун. А тут на обед мы получили целых четыре щупки, все еще неуверенно дрыгающихся на палубе.
— Мастер вы потрясающий! — поприветствовали своего невозмутимого сенсея парни.
— Учитель, вы сделали это! — обрадовалась и за меня, моя новая фанатка с горящими в глазах звездочками.