— Папа опять летает?.. — печальным и полным стыда голосом, поприветствовала меня супруга, которую обхаживала леди Роксана. Полагаю, что если бы этот воздушный шар сделал не я, а кто то другой, то довольно скоро с ним бы произошел досадный инцидент, в результате которого он бы был таинственно уничтожен. Но пока что, принцесса Дельфина и королева держали себя в руках…
— Любимая ты как всегда прекрасно выглядишь! Леди Роксана — вы очаровательны! — поприветствовал я их и кивнул, — Его величество, знатный воздухоплаватель. А его голос пользуется успехом у красоток.
Указал я, вызвав печальный смешок у супруги и веселый у ее служанки, которые тоже были в курсе безответной любви гарпий к своему правителю, ведь я совершенно не умел хранить некоторые пикантные секреты… Особенно, если это касалось северного королевства и его государственных тайн — можете спросить у кого угодно во дворце…
— Как прошел твой день, дорогая? — полюбопытствовал я.
В офисе ее давно уже не бывало, поскольку она теперь, или занималась делами Академии, в качестве почетного директора или же укрепляла свой престиж главы аристократической тусовки, выгуливая своих прихлебателей и приседая им на уши. Ну или иногда, пусть и редко, пила чаи с Леоном, вспоминая общее боевое прошлое… Мелкий засранец так и продолжал увиваться вокруг принцессы не смотря на то, что у него, оказывается, была своя офигенская невеста! И еще куча любовниц… Очень ему не хватало еще и наследницы престола для полной коллекции…
Но после некоторых событий и отдельных наших бесед, супруга старалась уделять ему минимум времени, не решаясь отказаться от своего друга детства полностью. А я с нетерпением ждал того дня, когда его старенький дедушка отдаст уже наконец богам душу, чтобы подстроить несчастный случай этой мелкой сволочуге и забыть о нем уже как о страшном сне…
— Я гуляла с наследниками наших графств и герцогств, а также посещала театр. — с легким напылением величавого аристократизма, уведомила меня супруга, — Кстати, там поставили одну из твоих пьес! Мне очень понравилось.
С одобрением в голосе, поведала мне она.
Воруя идеи из своего прошлого мира, я естественно, не мог обойти своим вниманием и культурную сцену, наряду с поп культурой и танцами. Как только у меня появлялось время, я что нибудь пытался записать из своих куцых воспоминаний, зная, что в этом мире полным полно людей, которые даже на основе такого материала могли сделать нечто очень даже презентабельное. И за все прошедшее время, переписал примерно три пьесы, которые потом и отдал на доработку в местный театр — чтобы и они могли идти в ногу с новым статусом нашей столицы как передового города человечества. Не то чтобы раньше там ставили какое то барахло… Просто это были в основном придумки авторов из-за границы или результат творчества наших далеких предков, который не отвечал веяниям моды. А вот чего то не только хорошего, но и «нашего» в их репертуаре и правда уже давненько не было.
Теперь же, благодаря моей памяти, мы могли выдать за «свое» кое что из творчества Шекспира и русских классиков…
Супруга же, теперь, ошибочно считала, что ей повезло выйти замуж за какого то гения и очень гордилась всеми моими достижениями, считая их как минимум наполовину своими — через брак. А может и на все восемьдесят или девяносто процентов, ведь согласно озвученной мною «легенде», все это было результатом того, что я вдохновлялся ее светлым образом еще на родине, причем с самого детства. Чем дальше, тем больше супруга убеждалась, что это однозначно чистая правда и по другому быть просто не может, а значит все что я изобрел и создал это результат ее рождения и существования в этом мире, что очень положительно сказывалось на ее самомнении. И поэтому она теперь, весьма трепетно относилась ко всем моим делам, искренне считая их и своими достижениями. В результате чего, ругать меня в ее присутствии, очень не рекомендовалось от слова — совсем! Леди Роксана меня уверяла, что даже Леон неожиданно выхватил в щи, когда заикнулся о чем то таком по старой памяти, что меня несказанно порадовало и замотивировало на новые подвиги! А уж посторонний человек мог и вовсе сильно пожалеть о том, что родился в таком жестоком мире… В королевской семье у меня теперь, было целых две фанатки! И один фанат… Поскольку его величеству тоже очень многое нравилось из того, что я принес с собой в этот мир. Особенно, если оно сверкало или летало. А уж если и то, и другое, то это вообще было пределом его мечтаний и вызывало лютый восторг!