Северус скрывал своё увлечение химией и кристаллизацией, ибо разносторонне талантливый ребёнок вызывает подозрения. Пока, без палочки, он экспериментировал в своё удовольствие, набивая магию, так сказать. Дорогие и труднодоступные приборы он заменял заклинаниями, постепенно расширяя свои возможности.
За четыре года во снах Снейп несколько раз подступался к Астрономии, однако перерасчёт всей системы с Земли на Татуин с его двойной звездой и тремя спутниками оказался не по зубам зельевару. Он сделал ставку на талант к прорицаниям – развивал интуицию своего воплощения. Именно она в итоге привела к этому дню как к самому лучшему для лепки подходящего кайбер-кристалла.
Северус на первой же неделе после своего «выхода в свет», когда освоился с призмой детскости незрелого тела, нашёл крайт-дракона. Один Конфундус, одно Акцио, одна Вингардиум Левиоса: вынул из желудочка крайт-дракона жемчужину с человеческий глаз размером, сунул на её место в качестве новой затравки шарик зубного кортозиса и своевременно вознёсся на лебёдке, удрав от очухавшегося монстра. Крупный волшебный ящер, когтями способный порвать крепчайшую дюрасталь, лет за пять-десять вырастит ещё одну жемчужину для перетирания твёрдой пищи, и вот она уже будет идеальным кайбер-кристаллом для Люка Скайуокера. Почему?
Хрупкий и волокнистый кортозис являлся волшебным металлом, нарушающим работу световых мечей, но это свойство можно отзеркалить в укрепление. Люк собрал металл с одной из деталей звездолёта, найденной им у джав в памятный день покупки дроидеки. Дальше малец применил хитрость, подсказанную из сна: сумел превратить крошку в каплю, пусть на несколько мгновений, но для тренировки в самый раз. Дальше Люк превратил свой первый выпавший центральный молочный резец в жидкость и смешал с кортозисом. Когда металлизированный зуб вернулся к своей форме, из белого став крапчатым, Люк его в примитивной ступке раздолбил с одного удара. Вечером превратил результат в жидкость, подобно капелькам ртути, собравшейся воедино и вновь принявшей вид выпавшего зуба, только с другим узором. И так день ото дня, пока через пару месяцев у подключенного к задаче дробления дроида колотушка не покрылась вмятинами, а серый шарик кристалла зубного кортозиса даже не потрескался. Увы, результат не ощущался кайбер-кристаллом, как в световом мече у Кеноби. Но со временем мог им стать в желудке волшебного зверя.
Впрочем, этот первый эксперимент с кортозисным зубом сослужил хорошую службу – результат накапливал магию в достаточной мере, чтобы справиться с заклинанием Капациус Экстремис для расширения ёмкости поясной сумочки в десять раз. Северус поправил браслетик из похожей на армейский жетон серой пластины и мягких медных ушек: на правом каллиграфический рельеф имени «Люк Скайуокер», на левом рельеф спиральки заклинания Патронус. Кортозисом Северус разжился, когда в Анкорхед заявился нанятый Джаббой крутой охотник за головами, выискивавший должника. Малец отправил к нему в пиво летающую пыль из мочегонной таблетки и применил в туалете Конфундус, чтобы мужик вышел, забыв перчатку с ценным покрытием. Очухавшийся головорез ничего и никого не нашёл.
Северус обладал достаточным боевым опытом, чтобы выйти в ночной дозор с пониманием: для покорения кайбер-кристалла ему нужно совершить убийство, всё-таки жемчужина выросла в желудке грозного хищника Татуина. Абы кто не подойдёт – нужен коренной житель этого мира. Джава – слишком мелкая добыча, нужен представитель народа песков – средний тускен имел рост под два метра. Эти кочевники буквально позавчера нападали на Анкорхед ради воды, ограбив хранилище.
Однако Северус ошибся.
Малец в вырывающемся из кратера фиолетовом свете фито-ламп заметил лучи фар – это ухудшало дело. Ларсы наконец-то удостоились визита сборщиков «водного налога», приспешников Джаббы, в период Великой Засухи откровенно грабящих фермеров-влагодобытчиков. Ещё и время подсчитали так, чтобы нелегально слить сборы перед официальной перекачкой и подставить перед заказчиками, что означало наводку от Хаффа Дарклайтера, год от года жиреющего соседа, предлагавшего Оуэну выкупить его ферму как раз через день после седьмого дня рождения Люка, когда Биггс и Деру поделились с отцом восхищениями касательно сада под прозрачным полом.