Люку хотелось скорость повыше, как у военной серии 74-Z, способной разгоняться от трёхсот шестидесяти до пятисот километров. Планировалось, что лендспидер будет приобретён на десятилетие, а девятилетие отпразднуют скромнее.
Вообще у Ларсов единственным транспортом выступал старенький V-35 «Курьер» от корпорации «Соро-Сууб» в гражданской усечённой модификации с длиной менее четырёх метров и максимальной скоростью сто километров в час, зато в нём умещалось три человека, имелась столитровая цистерна и багажное отделение.
Люк присматривался к лендспидеру старой модели Х-34 той же корпорации. Всего три метра сорок сантиметров длиной, два места за блистером, скорость до двухсот пятидесяти километров, предельная высота полёта один метр, три газотурбинных двигателя, элегантный дизайн и настройка водительского места под низкорослых. Цена подержанного – две с половиной тысячи кредитов.
Северус заглядывался на улучшенный вариант Х-34 – гоночную модель XP-38, очень популярную на Татуине и стоящую от трёх с половиной тысяч кредитов за раздолбанную машину. Длина на десять сантиметров больше, зато скорость уже триста семьдесят километров в час, высота полёта до трёх метров, полностью закрывающаяся кабина-капля и магнитные площадки за ней под два ящика с грузом. Теперь денег хватало, причём сейчас, в период Великой Засухи, цены существенно снижались при условии оплаты водой. За три с половиной тысячи имперских кредитов можно было приобрести приличную тачку. Весь цимес данной покупки – спрятать под капотом секретное отделение с оружейным кайбер-кристаллом, плюс следы наркотиков, для перевозки которых и предназначался тайный бардачок, имейся он на самом деле или нет.
Две проблемы. Первая – до дня рождения ещё четыре месяца. Вторая – к тому времени Оуэн составит смету и направит все денежные средства на расширение фермы. Как быть?
Естественно, все прошедшие месяцы маг продолжал методично заниматься магией даже без световой палочки. Спокойная и размеренная жизнь на ферме не оставляла иного выбора для деятельного сознания, без доступа к некогда и неизбежно полюбившимся зельям профессионально подавшегося в трансфигурацию, а с недавних пор и телепатию.
В своих изысканиях с кристаллами, даже с магией требующими дней, недель, месяцев для своего роста, Северус прошёл уже три этапа, считая самый первый, когда он научился в смеси наколдованной воды и собранной из пустошей соли растить кристаллы. Теперь он всего лишь равномерно через мелкое сито порошил над чаном, а на его дне росла кристаллическая ёлочка. Для световых палочек принципиальна форма кристалла-сердцевины в виде стержня, для его получения идеальна друза-ёлка, у которой после слома любой иголки-стержня обломок вновь формировался в иголку и продолжал отрастать до оптимальной длины, а при целостности всех иголок друза растит древесный остов, постепенно сбрасывая перезревшие иголки.
Проработав форму, на которую профессор Трансфигурации МакГонагалл потратила бы дни вместо месяцев, Северус совместил два проекта: превращение призываемой нефти в горюче-смазочные материалы и выращивание в них кристаллов. Фабричные сорта масел и лакокрасочной продукции содержали в своём составе десятки химических элементов. Маг добивался полного соответствия своих трансфигураций с магазинной химией, в которой магией выращивал кристаллы, получавшиеся с весьма любопытными чисто физическими свойствами, если убрать из связки еловую петельку. Зельевару хватало чуткости, чтобы получать желаемые процентные соотношения химических элементов, а вот учиться подхватывать естественную форму друз и развивать её по своему усмотрению приходилось нудно и методично.
Северус через анимированного дроида, годного только на металлолом, сплавил в ломбард несколько бус и брошей, оценённых шестируким ксексто Хорнпилом в несколько десятков пеггатов (курс к имперскому кредиту порядка одного к сорока), что ниже выставленной им продажной цены вдвое и при этом двукратно превышало стоимость необходимого для их производства количества канистр с маслами, красками, лаками. К слову, образцы горюче-смазочных жидкостей Северус без зазрения совести крал в Мос-Эйсли, в одной из кантин которой оставил свой маячок для порт-ключа. Увы, Мос-Эспа находился слишком далеко и требовал порт-ключа межконтинентального класса, а его Снейп делать не умел и без волшебного инструмента не пытался научиться.