Живя в одном доме с младенцем, поневоле привыкнешь к его визгам и плачу, станешь различать капризы от чего-то серьёзного. Узнав про телепатию, Северус обратил на Шона пристальное внимание. Братской любви хватило для того, чтобы подступаться даже не мягко, а нежно. Это и развитие навыков телепатии самого Северуса, и развитие умственных способностей малыша. Маг стал приучать братца к просмотру перед ночным сном всех дневных воспоминаний. Так Северус расставлял нужные себе акценты. Например, прививал интерес к гаечным ключам и запчастям, акцентировал внимание на приятности улыбок при сидении на родительских руках. Всего за неделю занятий маленький мальчик приучился к горшку.
Подгонка умственного развития Шона требовалась Северусу ещё и за тем, что он хотел покинуть ферму Ларсов в течение месяца после своего семнадцатилетия. Бросать нельзя, но можно оставить на брата, которому будет десять лет и который должен к этому возрасту стать достаточно умным и умелым, а также мечтал стать фермером - мечтал занять место отца Оуэна, а не рваться к звёздам.
Да, это хороший и действенный самообман для Северуса, поначалу прилагавшего титанические усилия для конкретно нежного соприкосновения с засыпающим сознанием Шона, дабы исключить малейший вред. Подобная методика встречалась в легилименции, и декан Слизерина имел много лет для овладения поверхностным чтением мыслей. Телепатия от монаха Б-Омарр имела свои особенности из-за его существования в виде мозгов - именно это вызывало все трудности освоения данной науки. Усидчивый Северус постепенно разгрызал сей орешек.
А что ещё делать взрослому сознанию в теле ребёнка? Багаж базовых знаний собран в прошлой жизни. Только языком и письменностью овладеть нужно, да и то с этим Северус справился во снах ещё до пятилетия. Математика и геометрия – известны. Юриспруденция? Даже не смешно! Вот основные вехи истории имело смысл запомнить. А ещё законы химии и физики. Биологию стоило подучить. Агрономию. Космологию. Однако всё это Северус делал во снах, единожды прочитанное записывая в книги знаний на стендах памяти своей новой жизни. Пока без систематичности, но в планах значилось поступление на обучение по голонету.
- Твой ход, Люк, - Оуэн простым жестом наконец-то передвинул голографическую фигуру классических голошахмат, мирной игры, в отличие от дежарика с битвами призрачных монстров со всех краёв Галактики.
- А я, кажется, понял, в чём суть текущего Пути Силы, - заявил малец, жестом передвигая свою фигуру в ответной атаке для провоцирования размена.
- Правда? – Оуэн оторвался от раскладного столика, на который Грозный Глаз проецировал клеточное поле и фигуры.
- Правда, - важно кивнул Северус, констатировавший засыпание Шона после сегодняшнего парада счастливых или поучительных воспоминаний.
- Поделишься с нами? – с тёплой и слегка лукавой улыбкой полюбопытствовала Беру, сидящая в мягком кресле по соседству со своими мужчинами. Женщина вполне успевала делать сразу несколько дел: смотреть ток-шок по настенному головизору, вещавшему ей в пуговичные наушники на дужке; пришивать заплату к разодранной на коленке штанине хорошо знакомых Люку портков; контролировать опрыскивание растений под прозрачным полом с вечерне-мягкой оранжево-жёлтой подсветкой; слушать и поглядывать на своих мужчин; расслабляться в конце рабочего дня.
- Это путь Радости! Если у меня будет Эксп-Пи тридцать восемь, я буду шестнадцать месяцев кряду радоваться каждый день. Немного по будням и много по выходным.
Беру и Оуэн ехидно переглянулись – подозреваемый ими в детском вымогательстве только что сделал чистосердечное признание.
- Я знаю более доступный способ вызвать у тебя радость, - заявил Оуэн и взялся за делавшую ход детскую руку, чтобы подорваться с места, схватить пацана и…
- Не-не-не! Щекотка тут не поможет – это смех! – запротестовал Люк, впрочем, особо не сопротивляясь.
- А давай проверим?
- Это другое! – включив директорский тон и уютнее устраиваясь. – Точно!
- Ладно-ладно, умник, объясняй, - отец всё равно усадил сына на колени и приобнял его. – Но если меня это не устроит – защекочу, так и знай.
- Пф! Это путь радости о-бла-да-ни-я. Съел ценное – радуешься. Едешь на собственной ценности – радуешься.
- Нихи-хи, - Беру тихонько рассмеялась.
- Пф! Сусальное золото на стул у обеденного стола обойдётся дешевле, - нашёлся Оуэн, с таким сыном поневоле подтянувший собственные извилины. Хотя первой мыслью был стульчак.