После установки гидропонного сада в качестве пола ферма Ларсов стала популярным местом сбора устоявшейся компании взрослых и детей. И на девятилетие Люка Скайуокера вовсе не он оказался звездой второй половины дня, а его творение по имени Филч - дроид-пилот с ранцем о восьми руках дроида-ремонтника с объединёнными в кластер компьютерными платформами. Одна из членистых паучьих рук имела широкодиапазонные визоры, снятые с убранной штанги и приделанные к манипулятору для заглядывания в труднодоступные места, в том числе вид сзади. На празднике дроид Филч «подрабатывал» официантом, вызывая зубовный скрежет Лэйза.
Праздник для детей и взрослых ещё запомнился подарком от Кэми Марстрап. Девочка осталась каштановой и вместо яркой рубашки надела белую с ещё более разросшейся вышивкой оранжевого цвета. Она застенчиво подарила пирожные из песочного теста в виде дроидов и корабликов с начинкой из крошек печений вперемешку с редкой деликатесной молочной сгущёнкой, сваренной до карамелизации.
Оуэн Ларс всю дорогу до крепости джав сидел бледным, косясь на максимальные триста семьдесят километров в час, которые с улыбкой выжимал Люк Скайуокер из своего ХР-38, вроде как впервые допущенный до руля купленного для него транспортного средства. Зато машина, выкрашенная в ядовито-зелёный цвет в качестве фона для рисованных травок и цветочков, домчала их кратно быстрее, успев до того, как песчаный краулер отправится в очередной круг по Дюнному морю.
Белая горная крепость джав строилась под джав – взрослый человек с протокольным дроидом смотрелись великанами в стране лилипутов. Тем не менее, обе оборонительные стены имели высоту четыре метра, чего хватало против тускенов, в основном и нападавших на джав. Между стенами размещался загон с огромными ронто в качестве ездовых и тягловых животных, парк репульсорной техники, грядки с хубба-тыквами. Цеха и жильё размещались выше, за второй стеной, за которой стояло менее двадцати строений для разграбления тускенами, которые из-за своих габаритов не могли пролезть в тесные лазы под землю, где располагалась основная инфраструктура кланового города. В песчаном краулере кочевало порядка двухсот шестидесяти джав вместе с вождём Небитом, в горной крепости клана жили их жёны с детьми да самые лучше мастера ремонтного дела – всего порядка трёхсот десяти особей. Сравнительно небольшой клан, не имевший дополнительных ватаг сборщиков подобно кланам, обитающим неподалёку от Мос-Эспа и Мос-Эйсли.
- Всем привет, - помахал рукой дядя Оуэн, когда вылез из мягко притормозившего и приземлившегося лендспидера, тут же окружённого джава в пропылившихся красно-коричневых плащах и бластерными пистолями тысячи лет как устаревшей конструкции с дулом-раструбом.
- Привет-привет-привет… - раздалось вокруг. – За дроидами? Запчасти? Вы покупать? Продавать? – быстрый язык джава пискляво-детскими голосками едва удавалось различать.
- Мы хотим заказать рытьё котлована, - заявил Ларс в окружении десятка джав, уже ставших лапать лендспидер, модно выкрашенный ко дню рождения приёмного сына.
- Мы не строим. Покупайте наших дроидов. Сделать вам дроидов-копальщиков? Индивидуальный заказ? У нас дешевле! – раздалось со всех сторон почти хором.
- А я хочу поговорить с шаманкой Джеджул, - заявил Люк, оставшийся стоять у закрывшейся полусферы колпака кабины и махать зелено-жёлтым плазменным кнутом в попытках дать по хватким ручонкам.
- Её нету. Она занята. У нас другая шаманка. Какая такая шаманка? В крепость нельзя. Позвать вождя Небита?
- Да, позовите Небита, с ним обсудим.
- А-и-а-и!.. – заверещал пойманный-таки джава, которого коснулся кончик кнута и вздёрнул вверх.
- И мне с шаманкой Джеджул стоит обсудить способы применения световых палочек, - настоял Северус, в общей тишине опуская джава, завонявшего так, что аж сквозь ноздревые фильтры просочилось.
Тут все джава хором заговорили да так быстро, что стало ничего не разобрать.
- Джава говорят на своём родном языке. Я ничего не понимаю, хозяин Оуэн, - сообщил протокольный дроид.
В итоге перепалки двое убежали в краулер, двое убежали в крепость, остальные остались почётным караулом, светящимися глазами следящим за светящимся кнутом, которым маленький владелец, спрыгнув на припорошенные песком камни, принялся рисовать оплавленными следами от плазмы. Джава смердели, таким образом общаясь запахами. Северус телепатически ощущал жадное вожделение – джава хотели себе такой же удивительный инструмент.