Как жил он? Что думал? И чем дышал?Ответит лишь дело его живоеДа пламя души. Ведь своей душоюХудожник творения создавал!
ЛУННЫЙ ВЕЧЕР
Закат хрустально-алый мостНад речкой воздвигает,И вверх в сопровожденье звездЛуна, поднявшись в полный рост,Торжественно шагает.
Ей все принадлежат сердцаИ замки на планете,А у тебя же ни дворца,И, кроме одного певца,Нет никого на свете.
Но это, право, не беда,Взвей гордость, словно стяг.Один, он тоже иногдаУж не такой пустяк!
Готов я верить и любить,О бедах не трубя.Одно не знаю: как мне быть?Какую песню сочинить,Достойную тебя?
Твои слова, улыбки, взглядЯ в сердце собирал,И, встреться мы лет сто назад,Я так бы написал:
Всегда поэзии полна,То холодна, то страстна,Ты – как полночная лунаТаинственно-прекрасна!
А впрочем, и средь наших днейГорит живая сила:И горделиво-светлой ейТы, с строгой скромностью своей,Навряд ли б уступила.
Ведь гордо-чистая лунаСредь всех других планетОдной лишь стороной видна,Другой как словно нет.
А та, другая, для кого,Где все темно и строго?Для неба или для того,Кто всех дороже. Для него –Сверхдруга или Бога!
Луна одна и ты – одна.И знаю я: твой взгляд,Твоя дневная сторонаИ звездно-тайная странаЛишь мне принадлежат!
И так как в верности своейТы, как луна, тверда,Живи ж средь песен и людейИ ныне, и всегда!
А если вечность обойдетКапризно стороноюИ бабка старая придетС железною клюкою,Ну что ж, не нам белеть, как снег!
Мир вечен – как замечено,Как горы, как движенье рек.В моих стихах тебе навекБессмертье обеспечено!
ЛЕДЯНАЯ БАЛЛАДА
Льды все туже сжимает круг,Весь экипаж по тревоге собран.Словно от чьих-то гигантских рук,Трещат парохода седые ребра.
Воет пурга среди колких льдов,Злая насмешка слышится в голосе:– Ну что, капитан Георгий Седов,Кончил отныне мечтать о полюсе?
Зря она, старая, глотку рвет,Неужто и вправду ей непонятно,Что раньше растает полярный лед,Чем лейтенант повернет обратно!
Команда – к Таймыру, назад, гуськом!А он оставит лишь компас, карты,Двух добровольцев, веревку, нартыИ к полюсу дальше пойдет пешком!
Фрам – капитанский косматый пес,Идти с командой назад не согласен.Где быть ему? Это смешной вопрос!Он даже с презреньем наморщил нос,Ему-то вопрос абсолютно ясен!
Встал впереди на привычном местеИ на хозяина так взглянул,Что тот лишь с улыбкой рукой махнул:– Ладно, чего уж… Вместе так вместе!
Одежда твердеет, как жесть под ветром,А мгла не шутит, а холод жжет,И надо не девять взять километров,Не девяносто, а – девятьсот!
Но если на трудной стоишь дорогеИ светит мечта тебе, как звезда,То ты ни трусости, ни тревогиНе выберешь в спутники никогда!
Вперед, вперед, по торосистым льдам!От стужи хрипит глуховатый голос.Седов еще шутит: – Ну что, брат Фрам,Отыщешь по нюху Северный полюс?
Черную шерсть опушил мороз,Но Фрам ничего – моряк не скулящий.И пусть он всего лишь навсего пес –Он путешественник настоящий!
Снова медведем ревет пурга,Пища – худое подобье рыбы.Седов бы любого сломил врага:И холод, и голод. Но вот цинга…И ноги, распухшие, точно глыбы…
Матрос расстроенно-озабочен,Сказал: – Не стряслось бы какой беды.Путь еще дальний, а вы не очень…А полюс… Да бог с ним! Ведь там, между прочим,Все то же: ни крыши и ни еды…
Добрый, но, право, смешной народ!Неужто и вправду им непонятно,Что раньше растает полярный лед,Чем капитан повернет обратно!
И, лежа на нартах, он все в метель,Сверяясь с картой, смотрел упрямо,Смотрел и щурился, как в прицел,Как будто бы видел во мраке цель,
Там, впереди, меж ушами Фрама.Солнце все ниже… Мигнуло – и прочь…Пожалуй, шансов уже никаких.Над головой – полярная ночь,И в сутки – по рыбине на двоих…
Полюс по-прежнему впереди.Седов приподнялся над изголовьем:– Кажется, баста! Конец пути…Эх, я бы добрался, сумел дойти,Когда б на недельку еще здоровья…
Месяц желтым горел огнем,Будто маяк во мгле океана.Боцман лоб осенил крестом:– Ну вот и нет у нас капитана!
Последний и вечный его покой:Холм изо льда под салют прощальный,При свете месяца как хрустальный,Зеленоватый и голубой…
Молча в обратный путь собрались.Горько, да надо спешить, однако.Боцман, льдинку смахнув с ресниц,Сказал чуть слышно: – Пошли, собака!
Их дома дела и семейства ждут,У Фрама же нет ничего дороже,Чем друг, что навеки остался тут,И люди напрасно его зовут:Фрам уйти от него не может!