Все на земле имеет осмысленье:Печали, встречи, радости борьбы,И этой вот девчонки появленье,А если быть точнее, то явленьеМне был как перст и высший дар судьбы.
Бегут по свету тысячи дорог.Не мне прочесть все строки этой повести,Не мне спасти ее от всех тревог,Но я хочу, чтоб каждый молвить мог,Что в этом сердце все живет по совести!
Пусть в мире мы не боги и не судьи,И все же глупо жить, чтобы коптеть,Куда прекрасней песней прозвенеть,Чтоб песню эту не забыли люди.
И в этом свете вьюги и борьбы,Где может разум попирать невежда,Я так тебе хочу большой судьбы,Мой вешний лучик, праздник и надежда!
И я хотел бы, яростно хотелВ беде добыть тебе живую воду,Стать мудрой мыслью в многодумье делИ ярким светом в злую непогоду!
И для меня ты с самого рожденьяНе просто очень близкий человек,А смысл, а сердца новое биенье,Трудов и дней святое продолженье –Живой посланник в двадцать первый век!
Темнеет… День со спорами горячимиПогас и погрузился в темноту…И гном над красновидовскими дачамиЗажег лимонно-желтую луну.
В прихожей дремлют: книжка, мячик, валенки,Мечты зовут в далекие края.Так спи же крепко, мой звоночек маленький,Мой строгий суд и песенка моя…
И я прошу и небо, и долины,Молю весь мир сквозь бури и года:Пусть над судьбой Асадовой Кристины,Храня от бед, обманов и кручины,Горит всегда счастливая звезда!
ПРОЩЕНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ
Кристине Асадовой
Пекут блины. Стоит веселый чад.На масленицу – всюду разговенье!Сегодня на Руси, как говорят,Прощеное святое воскресенье!
И тут, в весенне-радужном огне,Веселая, как утренняя тучка,Впорхнула вместо ангела ко мнеМоя самостоятельная внучка.
Хохочет заразительно и звонко,Способная всю землю обойти,Совсем еще зеленая девчонкаИ совершенно взрослая почти.
Чуть покружившись ярким мотыльком,Уселась на диване и сказала:– Сегодня День прощенья. Значит, в немСплелись, быть может, лучшие начала.
И вот, во имя этакого дня,Коль в чем-то провинилась, допускаю,Уж ты прости, пожалуйста, меня. –И, поцелуем сердце опьяня,Торжественно:– И я тебя прощаю!
– С древнейших лет на свете говорят,Что тот, кто душам праведным подобен,Тот людям окружающим способенПрощать буквально все грехи подряд. –
И, возбужденно вскакивая с места,Воскликнула: – Вот я тебя спрошуНе ради там какого-нибудь теста,А просто для души. Итак, прошу!
Вот ты готов врагов своих простить?– Смотря каких… – сказал я осторожно.– Нет, ну с тобою просто невозможно!Давай иначе будем говорить:
Ну мог бы ты простить, к примеру, ложь?– Ложь? – я сказал, – уж очень это скверно.Но если лгун раскаялся, ну что ж,И больше не солжет – прощу, наверно.
– Ну, а любовь? Вот кто-то полюбил,Потом – конец! И чувства не осталось…Простил бы ты?– Пожалуй бы простил,Когда б она мне искренне призналась.
– Ну, а теперь… Не будем говорить,Кто в мире злей, а кто добрей душою.Вопрос вот так стоит перед тобою:А смог бы ты предательство простить? –
Какой ответ сейчас я должен дать?Вопрос мне задан ясно и солидно.Как просто тем, кто может все прощать!А я молчу… Мне нечего сказать…Нет, не бывать мне в праведниках, видно!
ОДИНОЧЕСТВО
Мне казалось когда-то, что одиночество –Это словно в степи: ни души вокруг.Одиночество – это недобрый другИ немного таинственный, как пророчество.
Одиночество – это когда душаЖдет, прикрыв, как писали когда-то, вежды,Чтобы выпить из сказочного ковшаЗолотые, как солнце, глотки надежды…
Одиночество – дьявольская черта,За которой все холодно и сурово,Одиночество – горькая пустота,Тишина… И вокруг ничего живого…
Только время стрелою летит порой,И в душе что-то новое появляется.И теперь одиночество открываетсяПо-другому. И цвет у него иной.
Разве мог я помыслить хоть раз о том,Что когда-нибудь в мире, в иные срокиВ центре жизни, имея друзей и дом,Я, исхлестанный ложью, как злым кнутом,Вдруг застыну отчаянно-одинокий?!..
И почувствую, словно на раны соль,Как вокруг все безжалостно изменилось,И пронзит мою душу такая боль,О какой мне и в тягостном сне не снилось.
День, как рыба, ныряет в густую ночь.Только ночь – жесточайшая это штука:Мучит, шепчет о подлостях и разлуках,Жжет тоской – и не в силах никто помочь!
Только помощь до крика в душе нужна!Вот ты ходишь по комнате в лунных бликах…До чего это все же чудно и дико,Что вокруг тебя жуткая тишина…
Пей хоть водку, хоть бренди, хоть молоко!Всюду – люди. Но кто тебе здесь поможет?!Есть и сердце, что многое сделать может,Только как оно дьвольски далеко!