-Ммм, какая сладость, - смаковал моими соками он, - какая невинность и страх.
Голос всё больше погружал меня в бессознательное состояние, но вытащив причину моего наслаждения, Александр оставил вибрирующий комок в моем животе. В голове крутились мысли только о его пальцах и ласках, хотелось просить его продолжить и не останавливаться.
Усадив моё обмяклое тело на стол, руками Алек оперся о мои коленки и приблизился, глядя в самую душу.
-Ты мне нравишься, милая, - зелёные глаза стали ещё ярче, а зрачки расширились до пределов, - И я не хочу поступать с тобой грубо, но если придется брать своё – я возьму.
В ушах гудело, дыхание ещё не пришло в норму, но я отчётливо слышала каждое слово.
-Не зли меня, девочка. Твои выходки сделают только хуже, - всё таки взяв себя в руки, я ощутила прилив гнева и силы.
-И что по вашему я должна делать?! Просто подчиниться незнакомому мужчине, который меня захотел как какую-то вещь!? – заворчала я и толкнула его в плечо. Рука заболела, а Кравц и с места не сдвинулся. Гогот разбил тишину и злобный взгляд вцепился в моё тело.
-Ты хочешь узнать, что такое быть вещью? – желваки на лице мужчины так напряглись, что невольно я вжалась в стол. Страх обуял мою душу и я была готова сдать свою крепость.
-Н-ет,- запинаясь ответила и опустила голову.
-Так-то лучше, - суровый тон был пропитан сталью, -Мила, ты умная девочка, зачем весь этот цирк, если исход итак ясен? – чувство безысходности вырвало из моих грудей злость6 которая всплеском ударила в горло.
-Да кто вы такой, что бы рассказывать мне о ваших желаниях и требовать их исполнения?! – вцепившись в плечи собеседника, я приблизилась к его лицу так близко, что едва не коснулась кончиком носа, -Я сюда пришла работать, а не заделаться вашей секс-рабыней! – одно движения и я лежу под горячим и большим телом, второе и губы Александра впиваются в мои распахнутые от удивления, третье и я чувствую приятную боль на соске, четвертое и мой клитор ласкают сильные пальцы. Обрывистое дыхание, внутри всё напряглось, сопротивляться нет сил, низ живота болезненно ноет, внутри происходи нечто неимоверное. Александр проникает языком в мой рот и жадно обследует каждый уголок, играет с моим язычком, всё больше разжигая зуд внутри меня. Клитор зажат между умелыми пальцами, ещё два проникают внутрь, обследуя чувствительные точки вырывают стон из моих уст, но губы прикрывающие мой рот ловят его и впитывают по кусочкам. Движения внизу ускоряются , моё тело выгибается дугой, подаваясь к хищнику, который наслаждается происходящим и утробно порыкивает мне в губы. Руки притягивают к себе разгоряченного мужчину, а тело начинает свой брачный танец, отирая каждый кусочек рельефного торса . Электрические разряды проходят от живота по всему телу, доходят до последней точки и взрывом возвращаются обратно. Откинув голову назад мой полувизг-полустон заполняет всё помещение, внутренняя часть бедра ощутимо намокла, уверенные руки виновника крепко вцепились в ягодицы и прижали к своему телу. В глазах метаются искорки, руки небрежно погрузились в шевелюру хищника и притянули ещё ближе, ещё теснее.
Силы покинули моё тело, ни одной конечностью я не могла пошевелить. Фокус так и не наладился, но сквозь помутненный рассудок, я ощутила как сильные руки подхватили меня и отнесли неведомо куда, потом тело расслаблено опускается на что-то мягкое и сознание полностью отключается.
Тьма вокруг и приятная дрожь в теле.
Глава 10
«Кравц»
Член неистово пульсировал в жажде вонзиться в непослушную девчонку, но нет, для неё у меня был другой план. Сдерживая себя из последних сил, я отнес Милу в комнату отдыха и закрыл на ключ. В любом случае там установлены камеры, когда проснется увижу и выпущу. Хотя, проснется она не скоро, наверное…
Плоть в штанах так болезненно давала о себе знать, что я несколько раз возвращался к комнате отдыха и вновь уходил. Ещё немного и жгучие ленты похоти пронзят эту девочку насквозь.
Она мне нравилась. Я её хотел. Всю, без остатка. Мне хотелось чего-то большего от неё, но пока я не получил своё, все остальные желания и эмоции смывались в грязную похоть.
Забавно, но такое необузданное возбуждение было у меня только в глубоком юношестве, когда кроме как о трахе ни о чем и думать не мог.
Безумно злило то, что мелкая решила от меня убежать и реально поверила, что у неё это получилось. Пусть так и будет, мне нравится её буйный нрав, что-то в этом есть. Но это был её последний побег, ей Богу, ещё одна выходка и я сорвусь.