-А зачем? – не унималась блондинка.
-Передо мной не отчитывалась, - хихикнула покусывая трубочку, и наклонилась ближе к девчонкам переходя на шепот, -Но слышала, что она с каким-то Вадимом говорила.
Девочки переглянулись и явно дали понять, что что-то знают. Расхрабрившись, решилась на контр удар.
-Ну, - скосилась на «подруг», -Молчать будем или говорить? – снова переглянулись и схватили по бокалу.
-Что тут говорить, - зашипела Ирка, - Кравц моему ночью звонил, я подслушала, вроде у этой соски не только контакты Вадима были.
Глаза округлились от удивления, а ведь не зря делала ставку на девушек. Внутри кольнуло, словно Саша променял меня на кого-то другого, хотя сама понимала, что девочки вынюхивали.
-А кого же ещё? – натянув улыбку, и включив блеск глаз, залепетала в сторону девчонок.
-Ну, - Рита замялась, - Вроде и я что-то слыхала. Виктор что ли, брат его родной, - видимо я, уж слишком сильно, вцепилась взглядом в Риту и та поежилась, немного откинувшись назад, - Больше ничего не знаю.
Девочки задёргались и залпом выхлебали всё спиртное. Играть - так до конца! И я повторила жест «подруг».
Больше слушать или говорить не хотелось. Девочки были в курсе, почти, также как и я, врядли знали больше двух фактов. Всё что удалось выудить: имя брата о котором, само собой, никто и не заикался. На душе стало скверно, вновь заскребли старые кошки, но вылазка оказалась очень своевременной, ведь даже с этой информацией – дальше ни-ни. Я дала слово, а внутренняя пигалица вновь оживилась и громко заерзала попой обтянутой узкими джинсами « А мы ничего не видели и не слышали! И вообще были пьяные!»
Глава 42
«Кравц»
Когда вернулись, девочки уже разошлись по номерам, а свою жену я нашел мирно спящую в кровати. Даже если Мила что-то и подозревала, то очень хорошо справлялась со своими обещаниями.
Я всегда хотел оставлять эту часть луны в темноте, но когда Мила впервые вышла ночью в ванную и увидела меня в крови, глаза мирного котёнка стали приобретать оттенки боли и ужаса. Тогда то я и решил отрезать её раз и навсегда. Конечно, я видел всю боль которую причинял своей скрытностью, но лучше так, чем она откроет карты и увидит кровавого короля червей.
Всё таки, шумное ёрзанье пробудило мою малышку, а два сонных глазика встретили меня пеленой. Опустившись на кровать, аккуратно уложил ненаглядную на подушку, и поцеловал в губы: - Спи моя радость, - Мила улыбнулась, и мягко обвела ладонью мою щетину.
В душевой смог спокойно снять одежду и рассмотреть синяки от пуль. Конечно, жилет я оставил в машине Борзого, там бы и синяки оставить. Мысленно улыбнулся своему сохранившемуся через года энтузиазму.
Яркие кровоподтёки украшали живот и грудь, хорошо, что лицо в этот раз осталось целым, да и руки старался сберечь.
Быстро вымылся и натянул футболку, предварительно обработав синяки специальным средством. Мила не должна их увидеть, иначе новых допросов не избежать, а хрупкое равновесие только пустило корни.
Когда я забирал Милу в свою жизнь, понимал, всего этого не избежать, но и после нашей свадьбы многое изменилось. Расклады поменялись, рынок стал жёстче, да и спецы охамели в край.
Будь у меня отходной вариант, может я бы и решился обменять всё это на спокойную гавань с Милой, хотя очень врядли. Внутри я всегда знал, что мне будет мало обычной жизни, хотя счастье любимой на первом месте, свою зверскую натуру закинуть в мешок и утопить я не мог. И не смогу. Это стоило принять как факт и больше не возвращаться к подобным вопросам.
Вспомнилось, как мне впервые предложили поставки оружия, тогда то я ещё не знал про чёрный сбыт и его привилегии, а за этим всё и потянулось. Сначала знакомство с Зеком, потом Борзой с Хмелём подтянулись.
По обычаю, выхожу на балкон и закуриваю сигарету. Перед глазами стоит образ матери, которая гневно кивает и велит бросать курить, это вызывает лёгкий смешок, а внутри всё становится тёплым и мягким. Сколько я уже её не видел? Одному Богу известно.
Делаю затяжку и смотрю на кроны деревьев, которые нежно обволакивает свет луны, а вдаль уноситься тьма.
Как выглядит человеческая тьма? Также обворожительно или мерзко? Наверное, свою я представляю именно в таком виде.
Сейчас у меня было всё чего я хотел: любимая жена под боком, надёжные партнёры и дело, которое заряжало меня своими манёврами и резкими оборотами.
В мысли часто приходили глаза матери, а всё потому, что я себя уже и не помню другим. Как это быть человеком? Ходить по улицам и не ждать атаки? Оставлять оружие в зоне фильмов о бандитах и тупых триллерах? Жить от работы до выходных? Нет, это меня точно не волновало, ведь я и сам был тем ещё трудоголиком, за что, кстати, уважал и любил милую, ведь девочка оказалась того же поля ягодка.