С тех пор он молча наблюдал, как кавалеры вьются вокруг нее, видел, как она флиртует и играет с каждым из них до тех пор, пока не потеряет интерес. Тогда она перелетала к следующему, стоявшему на очереди ухажеру, подобно бабочке, порхающей от цветка к цветку. А в нем не было ничего, что могло бы привлечь женщину с таким темпераментом, как у Джуди. Что-то, конечно, было, раз она выбрала его на роль друга, и Грант изо всех сил старался играть эту роль, роль человека, который всегда оказывался под рукой, готовый в любой момент принести себя в жертву и надеющийся в душе, что она когда-нибудь обратит на него внимание, дарящий ей комплименты и восхищающийся каждым ее поступком. Сколько раз Грант был готов рискнуть, но он умел взглянуть на себя со стороны и трезво оценить свои шансы. Грант любил ее слишком сильно и слишком безнадежно, чтобы позволить себе увлечь Джуди, сделаться ее кавалером, который ей быстро надоест, и она уйдет от него к другому, попавшему в ее сети.
И вот теперь, немного успокоенный необычным всплеском эмоций у Джуди и переполненный гордостью и смелостью оттого, что обнимает эту гордую красавицу, Грант почти бессознательно сделал шаг, ступая на опасную почву. Держа ее в своих объятиях, такую жалкую, дрожащую и почти покорную, он почувствовал, как к нему возвращаются силы. Он поднял ее за подбородок и осторожно смахнул слезы с лица.
— Ну как, лучше? — Его голос предательски дрогнул.
— Нет, — всхлипнула она.
— А я уверен, что тебе лучше. После такого проливного дождя всегда появляется солнышко.
— Нет, мне нисколько не лучше! — ответила она упрямо, но прежде, чем он успел что-то сказать, ее лицо осветилось облегченной улыбкой.
— Обманщица! — воскликнул он и нежно отбросил волосы с милого заплаканного лица. Грант по-прежнему ощущал какое-то удивительное головокружение. Улыбка на лице Джуди превратилась в обиженную гримасу, и она презрительно фыркнула.
— Ничего подобного!
Он не смог остановиться.
— Я люблю тебя, Джуди.
Девушка внимательно посмотрела на него полными печали глазами.
— Я в этом не сомневалась.
— Я по-настоящему люблю тебя.
— И будешь любить до тех пор, пока я не выкину нечто такое, что тебе придется не по душе. — Джуди улыбалась, она прекрасно понимала, что его любовь так же, как любовь многих мужчин, продлится до тех пор, пока она будет держать себя в рамках приличий.
— Нет, — ответил Грант, и его серые глаза слегка потемнели: — я люблю тебя, несмотря ни на что.
Он выглядел искренним, произнося эти слова, но Джуди не могла ему поверить. Сам же Грант верил в то, что говорил, пока его чувства еще не были задеты. Джуди сравнила его со старой, потрескавшейся тарелкой, которую лучше выкинуть, пока она не раскололась от налитого в нее горячего супа. Не выдержав, девушка рассмеялась.
— Посмотрим, что ты скажешь, когда узнаешь обо мне все, — свирепо произнесла она. Внезапно ее смех стих. — Хорошо… — Она не отрываясь следила за выражением его лица. — Допустим, что я вчера вечером занималась с Морганом Тоддом любовью.
Грант понимал, что Джуди хочет оскорбить его в лучших чувствах, но он не знал, как объяснить ей, что это не имеет для него никакого значения. Для него не было секретом, что Джуди уже давно не девственница, потому что с ее темпераментом она не смогла бы долго сдерживаться. Она была по натуре напористой, энергичной, требовательной, но и отдавала себя до конца во всем, чем бы ни занималась.
— Это не имеет для меня значения.
— Я позволила ему обращаться со мной как с последней шлюхой, и такое случилось не в первый раз, и мне это нравится.
В глазах Гранта появилась обида, и Джуди почувствовала себя неловко. У него такие красивые глаза. Почему она никогда не замечала этого раньше? Они были ясные, серые, как бы светящиеся изнутри.
— Переживу и это.
— Ты рассуждаешь так только потому, что считаешь ниже своего достоинства взять назад свои слова… — Где-то в глубине души Джуди уже уговаривала себя остановиться.