Рутледж посмотрел вокруг, как бы ища индейцев.
— Даже не знаю. Все произошло очень быстро. Мне показалось, что на нас неожиданно накинулась какая-то разъяренная стая. Иначе бы мы не сбежали. Но солдаты не ударили лицом в грязь, мы начали сражаться. Если вы не возражаете, мы отдохнем у вас ночь, а утром отправимся в форт. Советую вам всем отправиться вместе с нами. Там будет безопасней.
Андреа оглянулась на стоявшую позади нее Тиа и снова обратилась к капитану Рутледжу:
— Я поговорю с Джонни и дам вам знать.
Рутледж, покачав головой, хотел было что-то сказать, но Тиа не стала дожидаться его возражений. Она повернулась и побежала на поиски Джонни. Андреа, подобрав юбки, последовала за ней.
Тиа первая вбежала в домик и увидела Джонни Браго, развалившегося на койке. Он тут же поднялся на ноги. Черные глаза, прищурившиеся от неожиданного света, были совершенно непроницаемы. Он смотрел на нее так пристально, что щеки Тиа залил румянец.
Подоспевшая Андреа объяснила все как можно короче.
— Я ужасно боюсь за Стива. Он ничего не подозревает. Рутледж убедил его, что все индейцы ушли на север, что их загнали в резервации и никакой опасности нет. Стив с караваном направляется прямо в осиное гнездо.
— Стив прожил в этой долине всю жизнь, — успокоил ее Джонни. — Он прекрасно знает, чего стоят все эти разговоры.
— Однако он, похоже, ему поверил.
Беспокойство Джонни выдали лишь слегка опущенные уголки губ. Он пристально посмотрел на Тиа.
— Стив может попасть в ловушку, — сказала Андреа, задыхаясь и не скрывая своих чувств. Сейчас для нее имела значение только безопасность Стива…
— Может быть… — медленно проговорил Джонни. — Хотя, думаю, они гоняются за более крупной рыбой.
— За какой?
— Может быть, у них кровная война. Чатто и его отец много лет были у джеронимо, как бельмо на глазу. Возможно, он решил вывести их на чистую воду. Раньше они бы никогда на такое не осмелились. Во всяком случае, мы ему не нужны. Может, они решили разгромить форт Боуи. Если бы я был предводителем джеронимо, я бы попытался помешать строительству железной дороги. Но они вряд ли смогут до такого додуматься.
— Так нам ехать в форт Боуи?
— Это было бы разумно. Если форт пал, то и нам тут делать нечего, если же они сражаются, то им не помещает наша помощь.
— Рутледж решил остаться до утра. Он прав?
— Нет, если он не ошибся насчет количества индейцев.
— Я пойду скажу ему, что ты посоветовал возвращаться в форт немедленно.
Джонни тихо рассмеялся.
— Если хочешь, чтобы он уехал вечером, скажи ему, что я порекомендовал остаться до утра.
— Почему?
— Потому что он меня ненавидит. Он будет умирать от голода, но ни за что не станет есть из моих рук.
Тиа потянула Андреа, и они вышли наружу.
— Ты знаешь, он прав. Ты иди и разговаривай с Рутледжем, потому что он все еще считает тебя Терезой, а я пойду посмотрю, что Кармен и Круз делают для раненых.
Андреа повиновалась. Когда она передала Рутледжу слова Джонни, тот взвился, точно уж. Забыв о здравом смысле, он сначала обиделся, а потом начал настаивать на своем.
— Утро уже не за горами, мисс Баркарт. Мои люди и лошади измучены, если мы тронемся сейчас, я потеряю половину из них. Я не могу позволить себе нести такие потери.
Андреа нашла Тиа в столовой — она вместе с Кармен, Люпи и Круз рвала на куски простыни, превращая их в бинты, и делилась с женщинами последними новостями. Когда волнение от рассказа Тиа немного улеглось, Андреа отвела сестру в сторону.
— Надеюсь, Стиву удалось добраться до Томбстоуна, — проговорила она, нахмурив лоб. — А может, он ранен или даже убит…
— Не думай о плохом. С ним все в порядке, — успокаивала ее Тиа. — Кармен, ты сможешь побыть без Люпи какое-то время?
— Да, я обходилась без нее тридцать лет, пока хозяин не нанял ее.
Тиа рассмеялась.
— Я просто хотела спросить, обойдешься ли ты без нее, если сегодня она не будет помогать тебе с ужином?
— Да.
Люпи со страхом посмотрела на Кармен. Она привыкла готовить, а сейчас ей могли предложить более трудное занятие…
— Пойдем со мной, Люпи. Мы отнесем бинты раненым и посмотрим, не нужна ли им помощь.
Круз фыркнул:
— Это должно расшевелить тебя. Там столько мужчин…
Люпи подняла груду бинтов и последовала за Тиа.
Раненые застелили соломой землю у центральных ворот. У одних раны были обработаны, у других — нет. Тиа переходила от одного солдата к другому, стараясь каждого устроить как можно удобнее. Одному взбила подушку, другого укрыла, чтобы унять дрожь, которая била его, несмотря на нестерпимую жару.