Скрыв свое удивление, Андреа холодно кивнула.
— Я дам тебе знать о своем решении.
— Не забывай, что всегда существует риск — серебряная жила может в любой момент истощиться. И с каждым месяцем серебра, поднимаемого на поверхность шахты Лаки Касс, будет становиться все меньше и меньше.
— Я слышала в городе, что шахта приносит вам прибыль до десяти тысяч долларов в неделю, — заметила она, не сославшись, однако, на Тиа и Джонни.
— Так оно и есть, но мы платим налоги, покупаем оборудование, плавим металл. На все это уходит больше половины прибыли. Так что наш доход в неделю — около четырех тысяч долларов.
— Это примерно сто тысяч в год. А за двадцать лет — около четырех миллионов.
Стив развел руками.
— Возможно, моя цена покажется тебе недостаточно высокой, но боюсь, нам не удастся достать все серебро из рудника, если даже мы будем точно знать, где оно находится, и даже если эта жила окажется неистощимой.
— Почему?
— Подземные воды, — коротко бросил он.
— Так откачайте их.
— Мы откачиваем! Но чем больше и глубже мы копаем, тем труднее и дороже становится откачивать воду. В один прекрасный день мы достигнем такой глубины, где откачка воды превысит стоимость серебра, которое мы сможем поднять.
— Но ты-то должен знать, когда это случится.
Стив улыбнулся. Ему все больше нравился их разговор. Андреа была не только чертовски привлекательна, но к тому же еще и умна. Во всяком случае, вопросы она задавала со знанием дела.
— Конечно, я это знаю, но, учитывая то, что рядом находятся и другие шахты, я могу ошибиться в этом вопросе с разницей в год или десять лет. Если кто-нибудь допустит на своей шахте какую-нибудь глупость, он похоронит тем самым все окрестные шахты.
— А если никто не сделает никакой глупости?
— Тогда рудник Лаки Касс будет давать прибыль еще лет двадцать, может быть, чуть больше. Но это всего лишь шанс.
— А сейчас шахте только два года?
— Чуть меньше.
— Значит, ты предлагаешь мне триста тысяч долларов за четверть шахты, которая может стоить два с половиной миллиона?
— Если сложить эти триста тысяч и те сто, что лежат в банке, ты можешь уехать отсюда с капиталом почти в полмиллиона. Большинство женщин таких денег не видели ни разу за всю свою жизнь. Многие мужчины, которым приходится содержать семьи, имеют доход всего в пять тысяч долларов в год. Если ты будешь тратить денег в четыре раза больше, тебе все равно их хватит на двести пятьдесят лет.
Андреа рассмеялась.
— И тем не менее мне бы хотелось иметь парочку миллионов.
Стив тоже усмехнулся, в его голубых глазах светилось восхищение.
— Ты кое-что не учла, — поддел он ее.
— Неужели?
— Конечно. Каждый год плата за перевозку серебра растет с невероятной силой. Уже сейчас вывоз серебра из Томбстоуна обходится нам недешево. Уэллс Фраго дерет с нас просто ростовщические проценты за то, чтобы переправлять серебро морем.
— А почему вы ему платите?
— Потому что он дает нам хоть какие-то гарантии. Дорожные агенты тоже берут немыслимую пошлину с тех, кто перевозит серебро морем. Мы же делаем все возможное, чтобы помочь им. Мы выливаем серебряные бруски по двести фунтов каждый, чтобы обмануть грабителей. Мы выплываем в самое неподходящее время. Но все наши ухищрения уже не помогают. Шесть недель никто из нас не переправлял серебро, и грабители так обнаглели, что останавливают каждый экипаж, покидающий город. Мы боимся, что скоро они сами заявятся в город и начнут воровать серебро прямо из наших кошельков. Шериф Джонни Бехан не может прекратить бесчинства разбойников.
— Но почему же никто ничего не предпринимает?
— Мой приятель Рассел Слоан — один из владельцев рудников Контеншен и «Крепкий Орешек» — решил попробовать вывезти серебро из города своими силами. Если у него все получится, тогда мы тоже, может быть, рискнем.
— Да, это все гораздо сложнее, чем я себе представляла. — Андреа встала и одернула платье. — А теперь можно мне посмотреть на лошадь с жеребенком?
Конюшня находилась в ста футах севернее от господского дома. Воздух был еще по-утреннему прохладен, но уже заметно потеплел. За домом находились деревья, с которых доносилось громкое птичье пение. Вдоль стен, ограждающих территорию ранчо, вились тропинки. Андреа еще вчера обратила внимание, что на каждом углу стены находится смотровая площадка. Даже сейчас на площадках несли караульную службу люди.