Грант шевельнулся, и ее сердце бешено заколотилось. Очень медленно он открыл глаза и остановил на ней взгляд.
— Грант?
— Привет, красотка. Что это ты тут делаешь?
— Жду тебя, — прошептала она непривычно хриплым голосом.
— А я что, куда-то уходил?
— Мне так показалось… Как ты себя чувствуешь?
— Словно меня пригвоздили вилами к кровати.
— Тебе в спину попала стрела. И Джонни пришлось ее вырезать.
— Я так и знал… Хотя сначала подумал, что это просто от голода.
Легкий смешок раздался как бы из ниоткуда. Наклонившись, Джуди дотронулась до него, чтобы убедиться, что он действительно жив. Она не смогла сдержать заструившиеся по лицу слезы. Они упали ему на руку.
— Эй, с тобой все в порядке?
— Да. Как ты себя чувствуешь?
— Благодарю Бога, что пропустил свою операцию. Когда дело касается боли, я становлюсь настоящим трусом.
— Уверена, что так оно и есть, — поддразнила его Джуди. Кармен объяснила ей, как узнать, началась у него горячка или нет. Покачав головой, она наклонилась и положила руку ему на лоб. Но ее рука от страха была такой холодной, что сейчас все, до чего бы она ни дотронулась, казалось ей кипятком. — Черт!
— Я что, умер?
Она рассмеялась.
— Нет.
Успокоенный ее прохладной дрожащей ладошкой, Грант закрыл глаза. Она коснулась его, и боль ушла.
— Тебе действительно очень больно? — спросила она, и ее темные глаза встревоженно заблестели.
— Когда ты дотрагиваешься до меня, я ничего не чувствую, кроме прикосновения твоей руки.
— Ты смеешься надо мной?
— Да нет, я вполне серьезно.
Джуди убрала руку, и его лицо исказилось от боли. Джуди перестала улыбаться. Она посмотрела на него с таким состраданием и испугом, что Грант попытался улыбнуться.
— Мне на самом деле не так уж и больно. Я просто хочу, чтобы ты меня пожалела.
— Обманщик! Ладно, замолчи и постарайся снова уснуть. Я никуда от тебя не уйду.
— Но тебе вовсе не обязательно торчать здесь. Я был удивлен, когда тебя увидел.
— Удивлен? Но ты же мой лучший друг! Ведь ты бы тоже ухаживал за мной, разве нет?! — спросила она.
— Конечно.
— Тогда спи. Тебе нужно восстанавливать силы.
Грант попил немного воды. Он хотел подольше побыть с Джуди, но его глаза закрылись сами собой. Сразу после обеда Кармен просунула голову в дверь спальни. Джуди сидела, держа Гранта за руку.
— Идите покушайте, сеньора. Люпи подменит вас.
— Нет, спасибо, Кармен. Грант может проснуться в любую минуту.
Джуди уже больше не хотела отходить от него, она боялась пропустить любое его движение, боялась, что он придет в себя, а ее не будет рядом. Оказывается, так приятно быть кому-то нужной. К тому же руки Люпи никогда не смогут снять ему боль.
Грант выплывал из сна и снова погружался в него, он не мог управлять собой. Каждый раз, когда он просыпался, Джуди была рядом — предлагала ему воды, гладила лоб, шептала слова, от которых ему становилось очень хорошо… Грант хотел поговорить с ней, поблагодарить за то, что она сидит с ним так долго, но его глаза снова закрывались…
Даже во сне, если, конечно, это можно было назвать сном, он видел перед собой лицо Джуди. Она была так бледна от беспокойства, что ему хотелось подняться и как можно быстрей успокоить ее. Но тело было тяжелым и непослушным. Он никогда так плохо себя не чувствовал. Даже сны казались ему чужими. Они его куда-то звали, манили… Может быть, это были сны Джуди…
Посреди ночи Грант вдруг застонал от боли. Джуди почувствовала, как ее душат слезы, но она не могла заплакать. Девушка изо всех сил стиснула губы, стараясь не проронить ни единой слезинки. Джуди думала, если она заплачет, он может умереть. Она просидела всю ночь, как изваяние, ни разу не заплакав и не позволив Кармен или Тиа занять ее место.
Глава семнадцатая
Матео Лорка неподвижно сидел на своем черном арабском скакуне в спасательной тени высоких вертикальных скал, которые образовывали ущелье под названием Кухня Дьявола в горах Чирикахуас. Его лицо скрывали поля плоского черного сомбреро; он наблюдал за караваном мулов, который медленно заходил в ущелье, — эти прекрасные андалузские животные везли ценный груз. Караван двигался по маршруту, пролегавшему через дикий, безжизненный каньон между горами Чирикахуас и Пелонсилос, далее по долине Сан-Симон в штате Аризона, а потом по долине Анимас в штате Нью-Мексико.