Тиа направилась к двери. Да, Джонни знал о женщинах все, но он все-таки пошел за ней. Что-то неудержимо влекло его к Тиа Марлоу и заставляло забывать о здравом смысле.
— Я заметил, что ты не носишь браслет.
— Разве я должна его носить всегда? И вообще я бы с радостью его вернула.
— Ты ведешь себя так, как будто считаешь меня злым демоном. Может быть, ты дашь мне шанс, и я смогу изменить твое мнение о себе. Подумай об этом и постарайся принять правильное решение, хорошо?
Тиа кивнула и вышла, радуясь, что он не пошел за ней. На улице, где она не чувствовала его влияния, свежий ветер пустыни охладил ее разгоряченное лицо. Крики дерущихся воробьев и писк цыплят отрезвили ее, девушка пожалела о том, что отказалась от прогулки с ним. Она пошла бы ей на пользу. Тиа изрядно устала за эти дни.
Всю свою жизнь Тиа мечтала стать взрослой — ей казалось, что намного легче отвечать за свои поступки только перед собой. Но она даже представить себе не могла, сколько проблем приходится решать, когда вырастешь. Вот и сейчас: она хотела пойти погулять с Джонни, но своим отказом поставила себя в довольно глупое положение. Но с другой стороны, ей не по душе была прогулка с мужчиной, который провел ночь с другой женщиной. Она уже почти решилась вернуться и прямо спросить его, что было, между ним и Джуди. Но боялась, что Джонни скажет ей неправду.
Джуди провела всю ночь с Джонни Браго. И нет ничего удивительного в том, что Тиа отказалась от его предложения!
Девушка медленно зашла в сад. Сев под грушей, она опустила голову на руки. Тиа не переставала мучить ситуация, в которой она оказалась. Она должна наконец признаться Стиву и Джуди. Молчать дальше просто неразумно! Чем дольше длится обман, тем больше вероятность того, что их неприязнь возрастет.
Откуда-то издалека Кармен кричала на детей, прятавшихся в саду. Ребята весело смеялись. Птицы беззаботно щебетали.
Тиа в отчаянии закрыла глаза. Одно дело знать, что ты должен что-то предпринять, и совсем другое — сделать это. Девушка уже не хотела быть наследницей и жалела о своей счастливой судьбе.
Она мечтала о том, чтобы хозяйкой большого дома на самом деле оказалась Андреа, тем более что сестра просто наслаждалась своим новым положением. Она на эту роль подходила, а Тиа — нет. Тиа хотела работать на них, чтобы они не знали, кто она, работать честно, старательно, до тех пор пока не заслужит их уважения. И не только уважения… Тиа хотела, чтобы они восхищались ею и не могли без нее обходиться. И чтобы они по-настоящему полюбили ее… И потом, когда они узнают правду…
Что тогда?
«Тогда бы они узнали, что ты была во всем виновата», — сказал тоненький голосок в ее сознании.
Тиа задрожала. «Нет, я вовсе этого не хотела!»
«Нет, хотела…»
— Нет… нет! — громко прокричала Тиа.
Но ее никто не услышал.
Глава восемнадцатая
Полночь. Стив поднялся и потянулся. Скоро уже шесть часов.
Он повернул ручку керосиновой лампы. Пламя мигнуло и погасло. Стив прошел по темному кабинету к двери. Ему не нужен был свет — он наизусть знал расположение всех комнат в доме, а также мебели в них.
Он прожил в этом доме уже двадцать шесть лет. Его отец начал с того, что построил саманную хижину и потом каждые несколько лет пристраивал к ней по комнате, а то и по две. Когда-то весь дом был размером с гостиную. Теперь же к новой гостиной с восточной стороны были пристроены три спальни, просторная кухня и столовая, в которой помещалось больше двадцати человек; с севера к ней примыкал кабинет Стива. С западной стороны находились еще две спальни.
Благодаря кирпичным стенам в доме царила прохлада. Им приходилось все время быть начеку, и ранчо надежно охранялось. Но Стив, следуя традиции отца, каждый день перед сном проверял все двери в доме и зажигал на парадном крыльце фонарь. Если все было спокойно, часовые отвечали ему со своих постов свистом.
Проделав все это и сейчас, Стив прошел через холл к комнатам, где спали женщины, прислушиваясь, все ли там тихо. Когда очутился у закрытой комнаты Джуди, у него почему-то похолодел затылок. Вроде бы все было в порядке, но…
Этот непонятный холод в затылке заставил его остановиться. Нахмурившись, он открыл дверь и вошел.