К тому времени командующие армией поменялись: ими стали граф Нортумберленд и граф Ньюкасл. Идея заключалась в том, чтобы организовать в Лондоне милицию, которая приструнила бы Парламент. Но в последний момент лорд Георг рассказал обо всем Джону Пиму – главе Палаты Общин. Заговор провалился.
– И парламентарии снова избрали его губернатором Портсмута, – рассказывал священник Николь, – а потом, когда король объявил войну, он снова надел мундир и призвал горожан сражаться за короля. Мне кажется, он самый настоящий двуличный негодяй.
Николь спустилась по лестнице, слегка взволнованная тем, что ей предстоит встреча с персонажем, сошедшим прямо со страниц истории. «Если не считать мимолетной встречи с королем, Рупертом и другими знатными королевскими отпрысками, это первая настоящая беседа с историческим персонажем с тех пор, как я превратилась в Арабеллу», – думала Николь.
Лорд Георг Горинг поднялся ей навстречу, как только она вошла, и актриса невольно улыбнулась, пораженная тем, как сильно ототличается от человека, которого она себе представляла. Она думала, что встретит темноволосого мрачного демона с непроницаемым лицом, но у этого парня был открытый простудушный вид, его широко посаженные глаза были большими и ясными. Глаза рассматривали ее оценивающе, а их хозяин склонился в поклоне, насколько больная нога позволяла ему это сделать.
– Леди Аттвуд? – и после кивка Николь продолжал: – Боже мой, да мой друг Джос просто счастливчик! До меня доходили слухи, что он женился на красавице, но я не привык доверять сплетням, пока сам не уверюсь в их правоте. Скажите, дорогая, а вы прислушиваетесь к слухам и сплетням?
Он явно ее поддразнивал, и Николь ответила:
– Конечно. Так узнаешь много интересного.
– Тогда вы наверняка слышали, что я пьяница и распутник, но уверяю вас, что это только с виду.
Ситуация была столь забавной – разговаривать с человеком, имя которого было ей известно по учебникам, – что Николь снова невольно улыбнулась.
– Я вижу, что нравлюсь вам, – нагло заявил лорд Георг и подмигнул. – Что ж, тогда я хочу выпить за ваше здоровье, – он поднял бокал с вином. – Вы не хотите ко мне присоединиться?
Николь кивнула, наполняя его бокал до краев и наливая себе.
– За самую прекрасную женщину в Оксфорде, чье присутствие среди нас, без сомнения, поднимает настроение всем, кто будет иметь счастье ее лицезреть, – он осушил бокал и снова откровенно посмотрел на нее. – Скажите, леди Аттвуд, вы настолько же целомудренны, насколько красивы?
Будь она в прошлой жизни, Николь ответила бы ему изысканной колкостью, но этому самоуверенному, длинноволосому, одетому в кружева кавалеру ей было как-то неудобно грубить.
– А вы? – спросила она в ответ.
Лорд Георг расхохотался и хлопнул себя по бедру:
– Боже мой, да вы просто очаровательная распутница. Дорого бы я дал за то, чтобы провести с вами сладостную ночку!
– Может, прямо сейчас? – ответила Николь, все еще улыбаясь. – Ах, да, извините, ведь сейчас светит солнце, а днем, как я понимаю, вы ни на что не способны.
Георг рассмеялся еще громче и осушил еще один бокал:
– Вы еще и остроумны! Клянусь всеми святыми, вы женщина, с которой нельзя не считаться.
– Мне сказали, что у вас есть для меня сообщение, – строго сказала Николь, с интонацией, которой никогда раньше за собой не замечала.
– Да, конечно. Человек Джоса, Карадок догнал нас на дороге и сообщил о вашем прибытии. Его светлость послал меня к вам, чтобы сообщить, что он вернется сегодня вечером и присоединится к вам во время праздника.
– Какого праздника?
– Главный церемониймейстер подготовил карнавал в честь того, что вскоре возобновятся военные действия.
Николь уставилась на него в изумлении, она когда-то слышала, что при дворе есть такая должность, но даже представить себе не могла, что церемониймейстер появится в городе, который фактически превращен в военный гарнизон.
– Вы выглядите удивленной, – произнес Горинг, без труда поняв, что выражало ее лицо. – Король почти сразу, как появился здесь, назначил церемониймейстера, и теперь этот человек просто незаменим.
– Но зачем нужно его держать? Чтобы повышать моральный дух?
– Чтобы показать, что придворная жизнь не стоит на месте, – серьезно ответил лорд Георг. – Тут в Оксфорде у нас есть почти все развлечения: пьесы, концерты, показ мод. Надо сказать, что всего этого вполне достаточно для светского образа жизни.
– Но это же просто возмутительно! Я думала, король перебрался сюда, чтобы вести войну.
Горинг взмахнул кружевным платочком:
– Конечно. Но нельзя же заниматься только войной. Что тогда скажут дамы?
– А что, здесь много дам?
– Конечно: жены, любовницы, женщины, сопровождающие армию. Их здесь просто море. Вы не останетесь без компании, дорогая.